Жители амурской глубинки устали бить тревогу, писать жалобы в разные инстанции: от них отмахиваются, как от палочки Коха. На прошлой неделе они написали коллективное письмо в прокуратуру Октябрьского района и редакцию АП, под которым подписались 100 человек! Корреспонденты АП посетили неспокойное место.

Плевок в песочницу

Варваровка встретила нас запрещающим знаком у реки «Купаться запрещено, инфекция!» и людским многоголосием. К зданию сельсовета вышло все взрослое население. Многие жители привели с собой детей.

— Никакого житья нет, — сокрушаются мужчины и женщины. — Ситуация, в которой мы оказались, просто критическая. Осталось только продать квартиры и бежать куда глаза глядят. В феврале 2009 года в селе появился опасный сосед — туберкулезный диспансер. Его пациенты спокойно перемещаются по селу. Об элементарных средствах индивидуальной защиты, таких как маска и носовой платок, они, похоже, не знают. Заходят в магазин, на почту, в сберкассу. В холодный период года туберкулезники греются в подъездах, гадят на этажах, кашляют и плюют в песочницы. А по мокроте гуляют малыши и все тянут себе в рот. Эти люди среди бела дня распивают спиртное возле детского сада и на дворовых площадках. После себя они оставляют пустые бутылки, банки из-под пива, стаканы, бычки. Несколько дней назад один из туберкулезников, здоровенный мужик, зашел в группу и потребовал у воспитателя пятнадцать рублей на автобус. Ведут они себя нагло. Такое ощущение, что они нарочно нас заражают, мол, мы болеем, а вы чем лучше?!

Примета — весь в наколках

Пришельцев варваровцы видят издалека. Если идет худой и страшный человек, значит, туберкулезник.

Дополнительная примета — весь в наколках, одет в трико, на ногах резиновые тапочки.

Последней каплей, переполнившей чашу терпения, стал следующий инцидент. В конце июля в подъезд дома № 1 забрел пьяный обитатель тубдиспансера. Несколько часов подряд он валялся между третьим и четвертым этажом, пугая своим видом детей и взрослых. Мужика в больницу увез участковый, а домочадцам пришлось убирать с лестницы экскременты и блевотину, а после вызывать дезинфекцию.

— И этот случай, увы — не единственный, — уточняет активистка села Дана Никонова. — Мы неоднократно обращались к главному врачу, писали в область.

Администрация больницы утверждает, что все пациенты находятся в палатах, соблюдают режим. А гуляют те, кого выгнали из лечебницы за нарушения. Им некуда ехать, поэтому задерживаются в селе, терроризируя население, находят друзей среди маргиналов и даже создают туберкулезные семьи. У нас проживает 4000 человек. Не так уж и много, чтобы делать здесь подопытную станцию по разведению смертельной заразы. А нам, чтобы попасть к врачу на прием, нужно ехать в Екатеринославку. Билет в обе стороны стоит 300 рублей.

Туберкулезная роза

Народ пугает не только инфекция, но и сами пациенты.

— Раньше на этом месте была хорошая больница, в здании находилась лаборатория, рентген-кабинет, стоматология, вели прием узкие специалисты, — продолжает депутат райсовета, председатель профкома Ерковецкого угольного разреза Виталий Салин. — Изначально лечебнице хотели дать статус районной. Потом в области приняли решение создать на этой базе тубдиспансер. Естественно, людей об этом не спросили, только объяснили, что будущий тубдиспансер соответствует всем нормам СанПина. Однако это не совсем так. Местность открытая, продуваемая. Нет и хвойных деревьев. А подобные заведения должны прятаться в сосенках. Роза ветров повернута на поселок. То есть туберкулезный ветер несет в жилой массив всю заразу. Но это еще не самое страшное. Обитатели диспансера — люди социально неблагополучные. Большинство — бывшие «сидельцы». Возможно, среди уголовников есть воры, убийцы, насильники, педофилы. У меня в доме три женщины — жена и две дочки. Я до ночи на работе. Кто защитит их по дороге домой?

Варваровцы не против опасного соседства. Проблема вполне решаема. «Мы готовы их принять, но на мирных условиях. В самой больнице надо навести порядок и строго контролировать вход пациентов на территорию поселка и выход. Создать в помещении киоск с необходимой продукцией, поставить банкомат, наладить работу приходящих специалистов», — считает Дана Никонова.

Первые жертвы

Коварная болезнь уже коснулась мирных жителей. Не прошла она и мимо Ольги Рыбалка.

— Год назад у моей дочери был обнаружен туберкулез, — со слезами на глазах рассказывает Ольга Ивановна. — Ей 42 года, трое детей, самому младшему 7 лет. Раньше она работала в варваровской больнице сестрой-хозяйкой, потом пошла в тубдиспансер санитаркой, чтоб больше заработать и прокормить семью. Вот и заработала себе туберкулез. Сейчас получает пенсию 2600 рублей, на лекарства не хватает. Я теперь из дома на улицу выходить боюсь. Зараза никого не пощадит.

И эта женщина не последняя жертва туберкулеза. Как рассказали жители, помимо дочери Ольги Рыбалка, еще три работницы тубдиспансера получили страшное заболевание.

«Пойду снова резать»

Около тубдиспансера встречаем шатающуюся парочку. Александра и Эльвиру выгнали за пьянку, хотя оба страдают открытой формой туберкулеза. Мужчина недавно вернулся из мест лишения свободы. 19 лет отсидел в тюрьме, там же подцепил туберкулез.

— У нас здесь строго, — уточняет больной. — Если надо выйти в село, берем у главврача талончик. Если выпил, то все, можешь идти на все четыре стороны. Я вот не сдержался. А куда мне ехать? Несколько дней жил в беседке на территории диспансера. Родился в Казахстане, пока отбывал срок в Суражевке, СССР развалился. Если я и выходил в деревню, то брал специальную баночку для мокроты. Она и сейчас в кармане. Поеду в Завитинск кодироваться, после этого буду проситься обратно.

Деревянная беседка около лечебного заведения стала единственным приютом еще для троих бывших обитателей. Нарушившие режим мужчины, похоже, находились в невменяемом состоянии.

— Я сейчас вам все расскажу о своей жизни, — зовет корреспондентов АП 57-летний Николай. — С 15 лет в лагерях. Недавно освободился из Тахтамыгды, ни семьи, ни детей.

На вопрос, как он будет жить дальше, бывший заключенный вытащил нож: «Опять резать пойду!». И мастерским движением стал размахивать финкой перед лицом.

«Будешь возмущаться — харкнем в тебя»

Напротив тубдиспансера стоит небольшой сельский магазин-вагончик. Свои питательные запасы больные пополняют здесь. До хлеба, конфет и прочего провианта можно дотянуться рукой. А если чихнешь, бациллы разлетятся по периметру или зависнут в воздухе. Маску не надевают ни продавцы, ни покупатели. Привыкли уже.

— Водка, колбаса, сигареты, чай – основной продуктовый набор туберкулезных больных, — рассказывает продавец Инна Андреевна. — Изредка берут конфеты и фрукты. Идут гуськом целый день. Каждого практически знаем в лицо, и не выдать по первому требованию бутылку не имеем права. Как только я этим покупателям говорю, что надо надеть маску, ответ один: «Будешь возмущаться — сейчас харкнем в тебя». Доходило и до рукоприкладства. Этим людям терять нечего.

Мнение

Дмитрий Лазутин

И. о. начальника филиала ГБУЗ АОПТД в селе Варваровка.

«Это они нас караулят»

— Сами видите, какой у нас контингент. Наш стационар рассчитан на 90 коек. Сейчас здесь лежит 70 человек. Из них сознательного населения только 20%. Остальные — асоциальные личности. Сегодня туберкулезного больного трудно в чем-то ограничить. В советское время эти люди несли уголовную ответственность за свое заболевание. Сейчас они ничем не ограничены, могут уйти в поселок, напиться. Воздействовать на них мы не можем. Единственный выход — выписка за нарушение режима. Чтобы ограничивать поступление алкоголя, ввели талонную пропускную систему, поставили охрану. Но проследить за ними сложно. Получается, что не мы их караулим, а они нас. Многим действительно деваться некуда. Больница для них — единственное место, где можно отлежаться, наесться, напиться и снова на свободу. На постах дежурят женщины — медсестра и санитарка. А если сразу двое или трое бывших заключенных напились? Страшное дело. Здесь и поножовщины были. Я прекрасно понимаю местное население, но сделать ничего не могу. Этот вопрос должен решаться на государственном уровне. Туберкулез — беда общая.

В тему

Уровень заболеваемости в Приамурье в два раза выше, чем в России. Сейчас мы находимся на втором месте. По данным ВОЗ, за год один больной туберкулезом заражает 15 человек.

АП будет следить за развитием событий. Продолжение темы — в следующих номерах.