Чаще всего нарушители общественного порядка просто не открывают полиции дверь.Чаще всего нарушители общественного порядка просто не открывают полиции дверь.

Фронт работ

За десять минут до развода старший сержант Сергей Рожков до блеска начищает форменные ботинки. Мы сидим в одном из кабинетов дежурной части. Над дверным проемом висит деревянный герб РФ, в углу чернеет старенький телевизор. Стажер Сергей Юдин заполняет дежурную книжку данными из ориентировок.

В учебном классе собралось около десяти человек личного состава первого взвода. Ответственный по батальону обозначает фронт работ. В повестке дня — трое без вести пропавших, несколько краж и один неопознанный труп, найденный на окраине областного центра.

— Пишем, пишем, я потом проверю, — замечает лейтенант полиции Владимир Разумеев. 

С задних рядов раздаются шутки, в которых угадывается желание поскорее выйти на дежурство. Второе, на что обращаешь внимание, — чувство юмора. Его отсутствие в работе сотрудники ППС замещают юмором внутренним. Шутки и подколы со стороны сослуживцев — неотъемлемая составляющая службы. Иначе сложно.

Шестилетний полицейский уазик тесен на вид, и не менее тесен, когда в него садишься. Я размещаюсь на заднем сиденье у двери, которую не открывают. Рядом со мной садится Сергей Юдин. Как стажеру, ему не положена форма и табельное оружие, но на груди у него висит бейджик с именем и полномочиями. За рулем — Сергей Рожков, полицейский-водитель. Рядом с ним старший экипажа, сержант полиции Артем, с киношной фамилией Рогов. Из экипировки — два пистолета Макарова с двумя магазинами, наручники, газовый баллон и фонарики. Заправляемся — и в путь, на свой участок. Наш район — КПП, Тайвань, Моховая Падь.

Экипаж машины боевой

Первый вызов от диспетчера поступает почти сразу. Молодая женщина Анна хочет написать заявление на собственного мужа, который, по ее словам, участвует в изготовлении наркотиков. Артем и стажер Сергей проверяют дом. Следов наркотиков нет. Артем предлагает Анне написать заявление в отделении, но, приехав в отдел, она отказывается.

— Так обычно и происходит. Алкоголь выветрился, обида прошла. Мстила, наверное, — замечает Артем.

Артем Рогов работает в ППС 4-й год. Сам он с Алтая, но в 86-м году переехал в Благовещенск. Сейчас учится на шестом курсе Барнаульского института при МВД РФ. Заочно, на юриста.

Состав, в котором мы сегодня едем, непостоянен. Экипажи меняются ежедневно, и постоянных напарников ни у кого нет. По мнению Артема, это неправильно:

— Мне в Барнауле рассказывали, что там экипажи ездят вместе по три месяца. Так гораздо удобнее работать, привыкаешь друг к другу.

На часах 23:00. Снова вызов. На этот раз в доме по улице 50 лет Октября, 204 не разошлись мимо двое соседей. 

По почтовым ящикам находим нужную квартиру. Хозяйка с трудом сдерживает слезы. Ее ударил сосед, с которым у нее давний конфликт. «Не плачьте, мы вам поможем». После этих слов Артема хозяйка квартиры успокаивается и соглашается написать заявление дома, а не в отделе. Чтобы не мешать, мы с Сергеем спускаемся вниз, к машине. По дороге Сергей светит фонарем почти в каждый темный угол. «Ну а вдруг там паспорт чей валяется или еще что». Привычка.

Сиротский дом

Стажер Сергей Юдин работает в батальоне около четырех месяцев. Еще через два ему предстоит пройти учебку, чтобы потом его взяли в штат. Последние два месяца работает почти только по ночам. И районы почти всегда одни и те же — самые неспокойные и самые урожайные. 

Возвращается Артем, и почти сразу по рации раздается голос диспетчера: Моховая Падь, дом Л 26-64. Громкая музыка в одной из квартир мешает соседям спать. 

— Это известный дом. Там квартиры сиротам давали из детдомов. Редкое ночное дежурство обходится, чтобы туда не съездить, — замечает он. 

Сам дом чистый, но без намека на освещение. В подъезде лампочки либо выкручены, либо перегорели. Новые никто не ставит. Поднимаемся к потерпевшим. Молодая семья — муж и жена рассказывают, что в соседнем подъезде кто-то вытащил колонки на балкон и включил музыку. Артем стучится в дверь к нарушителям общественного порядка. Слышно, как в квартире кто-то ходит, но нам не открывают. И сделать ничего нельзя. Уходим.

Под шумок

В среднем каждый выезд занимает около 30 минут, не считая дороги. Большая часть работы — это заполнение заявлений, рапортов и составление протоколов. 

Возвращаясь на свой участок, в микрорайоне замечаем двоих молодых людей, которые лезут в окошко торгового ларька. Резко останавливаемся, Артем и стажер Сергей заходят к парням с двух сторон, отрезая пути побега. Для выяснения обстоятельств и установления личности везем молодых людей в отдел. Как окажется чуть позже, парни пытались продать телефон, чтобы достать деньги на выпивку. В розыске никто не значится, и парней отпускают с миром.

Пока парней пробивают по базе, разговариваю с Сергеем. 

 — Ты хоть напиши, что я тут работаю, а то моя девушка очень ругается, — смеется Сергей. — Веришь-нет, я уже почти забыл, что такое гулять днем. Ночью работаю, потом отсыпаюсь.

Грузимся в машину и медленно едем от Театральной по 50 лет Октября. Среди ориентировок на сегодня — пропавший скутер черного цвета с золотистыми вставками. По авторадио играет песня Goodbye America Вячеслава Бутусова. Мопеда нет. Как нет и подозрительных личностей. На улице удивительно тихо.

— Рабочий день, чему удивляться. Все спят.

Но спят не все. Новый вызов: на Тепличной — 50 лет Октября шумит компания. Подъезжаем. Человек восемь молодых людей пьют пиво на парапете. Артем выходит, представляется и предлагает ребятам разойтись. Сидим в машине, ждем. Молодые люди уходят, а Артем идет в квартиру старушки, которая и вызвала экипаж. Возвращается — «от заявления отказалась». По словам сотрудников, так обычно и происходит. 

Возрастная категория материалов: 18+