Солнечный остров есть! Но он в Китае

А какой шикарный музей русского искусства выстроен в Харбине! Я такого, честно говоря, не ожидал. Музеи подобного рода есть в Америке, Франции. А теперь - в Китае. Музеи поддерживают связи друг с другом, делятся фондами. Так что скоро ваши имена, друзья, зазвучат на разных континентах. Запомним этот день! Три десятка художников дружно зааплодировали знаменитому гостю из Москвы. Подняли бокалы, выпили, и вдруг наступила тишина. Казалось бы, сейчас должен начаться оживленный обмен мнениями по поводу столь замечательного события. Однако, не сговариваясь, все дружно замолчали. Может быть, каждый вспомнил свой путь в Харбин, начавшийся, конечно, не вчера и не полгода назад, а на заре туманной юности. Ибо достичь больших успехов может только состоявшаяся личность. Немолодые люди приехали в некогда русский город Харбин, половина из них - седые и бородатые. Творчество, оно, конечно, приносит радость публике, но беспощадно вытягивает жилы из творцов. 16 лет в Россию он влюблен Тишину прервал один из художников: - Все, что случилось тут, по воле Божьей! Так-то оно, наверное, так, подумал я. Но без конкретных людей, земных существ в данном случае не обошлось. Живет в Поднебесной "вечный двигатель" прогресса российско-китайских связей - небезызвестный нам Лю Минсю. Сколько получил он грамот и дипломов от соседей по другую сторону Амура - сам не помнит. В фойе харбинского музея есть надпись, оставленная Лю Минсю. Приведу ее в сокращении, но без правки: "Поздней осенью 1988 года, когда я впервые посетил загадочную и обширную Россию, старая жизнь для меня закончилась. Я выбрал путь, чтобы поднимать русскую культуру в Китае по той простой причине, что она величественная, яркая, размашистая, имеет мировое значение. У меня любовь к ней. Я думаю, что нам нужно это... Объем музея русского искусства становится все больше, его стиль улучшается, влияние возрастает все шире и шире. Именно поэтому он открылся на Солнечном острове". Когда-то непонятый родителями, друзьями и властью, Лю Минсю на свой страх и риск начинал с приобретения нескольких полотен в Благовещенске, а теперь вхож в Академию художеств в Москве. Добился создания музея русского искусства в Хэйхэ, а после того как последний попал в десятку лучших частных музеев Китая, обратился к руководству провинции Хэйлунцзян о переносе своего музея в Харбин. Безвозмездно получил большое двухэтажное здание на так называемом Солнечном острове в центре мегаполиса. На средства, выделенные мэрией, отремонтировал помещение всего за сорок дней. Его музей освобожден от уплаты налогов. Похоже на сказку, правда? Но лишь для нас, а не для них. Ошибка Андрея Макаревича Помните, пел когда-то лидер "Машины времени": Все очень просто: Сказки - обман, Солнечный остров Скрылся в туман, Замков воздушных Не носит земля. Кто-то ошибся: Ты или я? Будучи в Харбине, я часто вспоминал эту песенку. Советские хиппи 70-х годов воспринимали ее как диссидентскую, с зашифрованным подтекстом. Под Солнечным островом понимали несбывшуюся мечту о системе всеобщей справедливости. Да, торжества коммунизма в Китае пока не наблюдается, но здесь, в отличие от России, о простом народе все же заботятся. Предлагают провести свободное время не в обнимку с пивной бутылкой, а у полотен художников на настоящем Солнечном острове. Омываемый водами Сунгари, он ласкает сердца усталых тружеников душевным покоем и встречей с настоящим искусством. Новый музей больше того, что был в Хэйхэ, на 1000 кв. м, его площадь теперь - три тысячи квадратных метров. В фонде - три тысячи картин более ста авторов. Свои работы продали, подарили и представили художники из Владивостока, Магадана, Барнаула, Вятки, Красноярска, Благовещенска, Хабаровска, Москвы, Ногинска... В Харбине, по неофициальным данным, проживает около десяти миллионов китайцев. Представляете, сколько людей другой культуры и философии имеют возможность познакомиться с нашим искусством! С тем, что сопротивляется давлению американской так называемой "культуры". Казалось бы, если харбинский музей не будет приносить прибыли, то следует срочно заменить экспозиции русских картин на восковые фигуры уродов и сексуальных маньяков из Санкт-Петербурга. Стоит только позвонить туда - дельцы откликнутся мгновенно. Нет, не звонят, не приглашают. Бережно относятся к полотнам русских мастеров и к душам соплеменников. Воспитывают в них любовь к прекрасному, а не к золотому тельцу. Ау, Макаревич! Ошиблись именно вы. Солнечный остров не скрылся в тумане. Правда, не на нашей он стороне. Здравствуй, музей! До свиданья, Харбин! Подготовка к открытию харбинского музея велась и у нас, причем тоже стремительными темпами. Фонду "Оконопись" во главе с Натальей Грызловой и самому Александру Тихомирову пришлось изрядно потрудиться, так же, как и меценатам Игорю Новикову и Илье Цою, энергии и сообразительности которых стоит позавидовать. Мощный десант мастеров живописи высадился вначале на амурской земле, а потом и сопредельной. Помимо уже упомянутого Э. Дробицкого, мы увидели еще одного вице-президента Российской академии художеств - народного художника РФ ректора института имени Сурикова Анатолия Бичукова. Вместе с ними китайских любителей живописи удивляли председатель Московского СХ народный художник РФ Сергей Горяев, заслуженный художник РФ Евгений Ромашко, директор московской галереи "Интерколор" Павел Обросов, художники Александр Смирнов, Юрий Попков и председатель правления Красноярского отделения Союза художников России Сергей Ануфриев. ...Оставался день до открытия. Художники развешивали картины. В помещении пахло свежей краской и известкой. - Китайцы пашут, как муравьи, - заметил кто-то из нас. И верно. Мужчины поливали клумбы, женщины мыли окна. Стучали молотки, визжали пилы. Я ходил по пустому музею, и мне показалось, что я никуда не уезжал. Куда ни гляну - вокруг знакомые имена. Николай Карнабеда, Леонид Кильчанский, Виктор Карнабеда, сестры Тушновы. Насчитал четыре семейные династии: Тихомировых (Евгений - отец, Александр - сын, его дочь - Даша), Петуховых, Дроздовых и москвича Обросова. Выходит, ложь, что природа отдыхает на детях талантливых отцов. Утром мы снова на Солнечном острове. У музея царит оживление. Молодые китаянки встречают нас ослепительными улыбками и каждому на грудь прикрепляют красивый красный бант с ленточкой. Наш музейный работник Валентина Рожкова, ценящая торжество момента, шепчет: "Сбереги на память бант. А не хочешь - отдай мне на хранение". Пятый раз китайцы крутят компакт-диск с "Катюшей" на русском языке. На шестой ставят "Смуглянку", а на седьмой - опять "Катюшу"! Руководители разных рангов, сопровождаемые прессой, в частности нашими коллегами из "Хэйлунцзян жибао", важно шествуют по многочисленным залам музея. А вот и полномочный представитель Президента РФ по Дальневосточному округу Константин Пуликовский. Улучив момент, прошу полпреда сказать несколько слов для "Амурской правды". Он по-военному четок: "Необходимо продолжать контакты в том же духе. Амурчане и читинцы ориентируются на Китай, хабаровчане и приморцы - на Японию. Но русского музея, подобного этому, насколько я знаю, в Стране восходящего солнца нет... В китайскую экспансию не верю, потому что работаю на Дальнем Востоке уже пятый год". Хочу рассказать Пуликовскому про то, что Лю Минсю с коллегами хочет организовать в Китае нечто подобное дому творчества, когда-то существовавшему у нас в советские времена. Художник приедет, поработает, наберется впечатлений, а взамен должен подарить музею свою картину. Здорово, правда? Но высокого гостя свита уводит дальше. ...Были бесконечные пресс-конференции, фото- и видеокамеры, бесчисленные речи, дружеские улыбки, великолепная китайская кухня, вкусное харбинское пиво, чистые улицы, трезвые лица китайцев, неутомимые фонтаны, фонари, прожекторы и воздушные змеи. Но надо уезжать. До свидания, Китай. Ты поставил перед народом великую цель: во всем быть первыми и фанатично добиваться этого. Каждодневным трудом. Третье место в космосе - это о чем-то говорит! Одолели волейбол и шахматы, теперь упорная нация учится у русских хорошо рисовать. Чтобы в очередной раз удивить мир. Пока мы еще не разрушили свое художественное достояние, пока еще многое значим, они протягивают нам руку...