Про пафос. Театральный

Он ставит знак равенства между храмом и театром. Дескать, в храм же мы ходим в подобающей одежде, то же самое должно быть и в театре.

Ему вторит директор Вахтанговского театра Кирилл Крок, который сетует, что не имеет права не пускать на спектакли зрителей в шлепках, например. Нет нормативной базы.

Отцы от культуры явно перебирают даже в это густое от скреп время. В летний зной прийти в театр в стильных шлепках — никакого криминала. Мельпомена в обморок точно не упадет. Она и не такое видала… Со всей ответственностью говорю, что театральное закулисье и не такое видело и видит. Там ругаются отборным матом, а иногда часто на нем и разговаривают. Там годами, десятилетиями не здороваются, злословят, плетут густые нити интриг. В театральных гримерках не только пьют чай, но и даже занимаются сексом.

Бурлящая там жизнь намного отличается от тех святых монологов, которые произносят со сцены. Убежден, что театральные мужи, продвигающие норму для формы одежды, в которой, возможно, будут в недалеком будущем пускать в театр, вошли в святой и пафосный образ. Перебирают.

До смокинга, платья в пол, изящных туфель на шпильках и меховых палантинов нужно дожить, дорасти, созреть и заработать. Если молодежь и студенчество придет в театр в шлепках, худи и широких штанах, театр хуже от этого не станет. А молодой зритель выйдет из него душевно лучше и богаче.

А если мы его туда не пустим по одежке, то, значит, отвернем от театра навсегда своими непонятными назиданиями.

Протестантская церковь куда скромней в своих взглядах на внешний вид своей паствы. И ничего. Прихожан миллионы по всему миру. Авторитет за века меньше не стал.

Стоящим у руля театральной жизни лучше не на оголенные плечи публики косо смотреть, а на цену театральных билетов пристальней поглядывать.

Они в столичные театры часто зашкаливают. Вдвоем сходили на спектакль — зарплаты нет.

Вот куда надо глядеть, а не в осинник…