Мат не должен звучать от публичных людей в публичных пространствах. Это как сцена в театре.
   |
1950 год. Стою у окна вагона, за которым мелькают пейзажи необъятной России. Мне уже 25. Позади - золотое детство, незабываемые школьные годы и ужасы оккупации. Победа, Киевский университет, работа в педучилище города Немирова, прощальные слезы учеников... Рядом у окна - мой муж Михаил Григорьевич Перельман, бывший соученик, ныне начальник погранзаставы, один из четырех оставшихся в живых.
