На честном скотче

С тех пор прошло много времени, а воз и ныне там. Устав от бесконечных хождений по инстанциям, женщина обратилась в редакцию «АП».

Вопрос жизни и смерти

«Наш дом, если его можно так назвать, разваливается на глазах в прямом смысле этого слова. В стенах дыры, пол прогнил, угол проваливается, потолок в любой момент может обрушиться на голову. В помещении круглый год стоит запах плесени и гнили. Зимой от холода не спасает постоянное использование печи. Спим в верхней одежде и шапках, а нам на голову со всех щелей сыплются труха и опилки. А когда на улице сильный ветер, наша «крепость» ходит ходуном, и становится жутко от мысли, что, заснув, можем никогда не проснуться. Моя дочь инвалид с детства по зрению. Шестилетний ребенок боится прыгнуть или топнуть, потому что пол может провалиться, стены поведет, а печка даст трещину. Если сегодня эти следы замажешь, завтра они появятся снова. Чтобы хоть как-то удержать стены в вертикальном положении, мы заклеиваем их скотчем. Ребенок в таких условиях стал психически неуравновешенным, часто болеет. В больницах у нас спрашивают, в каких мы живем условиях, а я отвечаю, что условий нет никаких. Выписывают лекарства, назначают лечение и настаивают на смене обстановки. 9 июня нам предстоит серьезная операция, после которой дочке нужен покой и тщательный уход. До этого мы отказывались от лечения не потому, что не хотели, а потому, что мне некуда везти после операции дочь.

Хождение по мукам Скитания

Оксаны Владимировны по разным инстанциям начались в 2004 году. Сначала она обратилась в Волковскую сельскую администрацию, где был составлен акт жилищных условий. Прождав два года и устав от разных обещаний, женщина поехала на прием в администрацию Благовещенского района. После чего здесь была создана комиссия по жилищным вопросам, которая дала заключение, что дом является ветхим, аварийным и проживание в нем небезопасно.

— Меня поставили на учет в очереди по программе «Переселение граждан из ветхого и аварийного жилья на 2003 — 2010 годы», — продолжает разговор Оксана Прежнева. — В ноябре 2006 года администрация Благовещенского района предложила нам переехать в село Новотроицкое. Я отказалась только по одной причине: в этом селе нет ни больницы, ни скорой помощи. А в Волкове моя дочь находится под постоянным наблюдением врачей.

В конце 2006 года Благовещенский район утвердил список подлежащего сносу аварийного жилья на 2007 год. Его возглавлял злосчастный дом Прежневых.

— В апреле 2007 года я обратилась к заместителю губернатора Александру Нестеренко, который поручил рассмотрение моего дела уже бывшему главе Благовещенского района Александру Лимайкину, — говорит Оксана Прежнева. — Последний мне ответил, что администрация Амурской области не заключила с администрацией Благовещенского района соглашение о взаимодействии по реализации инвестиционной программы «Переселение граждан из ветхого и аварийного жилищного фонда муниципального развития Амурской области» на 2007 год.

А с сентября 2007 года до 12 февраля 2008-го Прежнева вела переговоры с исполняющим обязанности главы района, а затем и вступившим в должность Игорем Горевым.

— В марте я поняла, что ждать у моря погоды бесполезно, — вспоминает Оксана Владимировна. — Вопрос нашей жизни и смерти никого не волнует. Дело в том, что у администрации Благовещенского района была возможность в конце прошлого года приобрести жилье в муниципальную собственность. Я нашла подходящий вариант жилья, район вел переговоры с продавцами, отсвечивали документы на квартиру, и продавцы были даже согласны на условия 50-процентной оплаты наличными и гарантийное письмо, до поступления денег из бюджета области на программу по ветхому и аварийному жилью. Но в связи с предвыборной кампанией главы района вопрос о финансировании не был решен: просто некому было поставить подпись, и никто не хотел брать на себя такую ответственность.

— До каких пор от меня будут отмахиваться? — говорит с болью в голосе Оксана Прежнева. — Куда нам обращаться еще? В Европейский суд по правам человека — чтоб защитить права своего ребенка на жизнь? Потому что мы живем в доме, где уже два года назад жить было небезопасно! Если нас завалит, уважаемые господа, нам уже не нужна будет никакая помощь, вам от этого станет легче?

Пока гром не грянет...

Обратившаяся к нам женщина — музыкальный работник волковского детского сада. Вкладывая в детские души понятие о добре и зле и прививая чувство прекрасного, Оксана ничем не может помочь собственному ребенку, которого воспитывает одна. Отец девочки умер несколько лет назад. С такой зарплатой, как у нее (2,5 тысячи), она не может получить ипотеку на приобретение собственного жилья, не может даже снять безопасный дом, чтобы уберечь себя и дочь. Вот ответ, который приготовил глава Благовещенского района Игорь Горевой губернатору области. «На текущий год в бюджете района предусмотрены на реализацию мероприятий по программе «Переселение граждан из ветхого и аварийного жилья на 2003 — 2010 годы» финансовые средства в размере 716 тысяч рублей, и своевременно была подана заявка на финансирование из областного бюджета на сумму 6 миллионов 440 тысяч рублей. Гарантировать приобретение жилья на 2008 год можно будет после подтверждения о включении Благовещенского района в областную программу по переселению. Так как на сегодняшний день администрация района не может гарантировать приобретение жилья по этой программе, гражданке Прежневой было предложено обратиться в министерство социальной защиты населения для включения ее в список получателей субсидий на приобретение (строительство) жилья, как имеющей ребенка-инвалида, на основании закона Амурской области от 18 января 2007 года.

По словам главного специалиста отдела муниципального хозяйства Благовещенского района Натальи Лаптевой, на 1 июля 2007 года в очереди на переселение из ветхого жилья находится 389 человек. В районе признаны аварийными 4916 квадратных метров. Чтобы решить эту проблему, требуется 29 миллионов 833 тысячи рублей. Из них 716 тысяч будет выделено из местного бюджета, 6 миллионов 444 тысячи — из областного, и 13 миллионов администрация района планирует насобирать из внебюджетных источников. Но гарантии, что частные пожертвования и различные благотворительные фонды смогут внести существенную лепту для переселения, невелики.

К сожалению, тома переписки Оксаны Прежневой с чиновниками пополнились еще одной бумагой. Далеко не оптимистичного содержания. Надеемся, что районные власти смогут действительно помочь семье. «АП» будет следить за развитием событий.