Мемориальный надзор

О том, что уже удалось сделать за это время, читайте в эксклюзивном интервью «АП» с руководителем российской военно-исторической миссии в КНР, первым секретарем Посольства России в Китае Владимиром Кожемяко.

— Владимир Иванович, до этого назначения вы когда-нибудь были в Китае?

— Всего два раза: в 2006 году был в Шеньяне на открытии памятника, который перенесли на новое место, и в мае 2008-го в Пекине. Это как раз был пятый раунд консультаций российско-китайских межмидовских по военно-мемориальной тематике.

— С тех пор, как приезжали в составе делегации, и сегодня, когда вы постоянно живете в Пекине, что-то изменилось в вашем восприятии Поднебесной?

— У меня самые позитивные впечатления и о народе, и о руководстве страны, и об отношении китайцев к русским. Даже во много раз улучшилось восприятие, понимание китайцев сегодня, нежели раньше, когда я смотрел на них с той стороны и наблюдал их в России. Народ китайский достоин уважения за свое трудолюбие. Я бываю в разных провинциях и везде ощущаю всевозможную поддержку. Впечатления об этой стране только улучшаются.

— Вы долгое время работали в Военно-мемориальном центре вооруженных сил, вам приходилось бывать во многих странах, скажите, к захоронениям наших воинов везде относятся одинаково?

— Отношение китайцев к памяти погибших советских воинов на порядок выше, нежели на западе. В отличие от ряда европейских стран, власти которых пытаются перечеркнуть историю и надругаться над памятью павших в войне с фашизмом, демонтируя монументы советских воинов, Китай сохраняет воинские захоронения, мемориалы, осуществляет их благоустройство, ремонт и уход. По сей день здесь от мала до велика благодарны нашей стране. Я не слышал ни об одном акте вандализма. На западе такого доброго отношения к памяти наших солдат нет, особенно среди молодежи.

— Но я слышала, что и в КНР не все памятники нашим соотечественникам в почете. Долгие годы мемориал в Порт-Артуре был в запустении.

— Порт-Артур — это уникальное место по количеству исторических реликвий, имеющих отношение к России, и самое большое российское воинское захоронение на территории Китая. Но дело в том (и это постоянно озвучивается представителями китайской стороны на всех переговорах и консультациях), что воинов эпохи русско-японской войны 1905 года они считают захватчиками. Китайцы и добро дали на реставрацию этого захоронения только потому, что этим будут заниматься не государственные, а общественные организации. Громогласно нигде это не звучит, но эту веху в истории они считают для себя не совсем удачной. Реставрацию могил в Порт-Артуре взял на себя Никитский клуб под руководством известного ученого Сергея Капицы. Полтора миллиона долларов выделит гуманитарный фонд «Поколение» Андрея Скотча. Это наш депутат Госдумы, миллиардер.

— Расскажите подробнее о своей работе в Поднебесной.

— Основная наша задача состоит в паспортизации захоронений русских и советских воинов, погибших на территории Китая, то есть необходимо определить количество этих захоронений, их состояние, зарегистрировать их и совместно с китайской стороной создать единый учет. Поскольку в период «культурной революции» были случаи несанкционированного переноса, а иногда и просто сноса советских военно-мемориальных объектов, стараемся обнаружить их следы.

— Где вы уже побывали с «ревизией»?

— За полгода работы Представительства мы посетили со служебными поездками многие города — Синьцзян Уйгурского Автономного района, провинций Цзянсу, Хэйлунцзян, Хэбэй, Ляонин, Сычуань, Автономного района Внутренняя Монголия.

Наша задача не только посмотреть и оценить состояние наших братских могил. Для нас очень важно еще напрямую пообщаться с документами, найти подтверждение того, что кто-то где-то захоронен. Допустим, на захоронении в городе Чанде в списках проходит 42 советских воина. А рядом, в других городах этой же провинции Хунань имеются еще два — тоже 1945 года, и там с небольшими искажениями указаны те же фамилии. Получается, что одни и те же люди похоронены в трех местах.

Мы привозим китайцам списки безвозвратных потерь Центрального архива Министерства обороны России и базы данных ОБД «Мемориал» и с ними уже разбираемся. Так, на территории мемориала в городе Хайлар числилось 1100 погребенных советских воинов. В результате работы установлено еще 128 имен красноармейцев и офицеров, погибших в 1945 году на территории Китая и похороненных в этом же месте. Эти имена будут нанесены на дополнительные стелы, установленные на мемориале. Договариваемся с властями, кто будет оплачивать эти мероприятия — это ведь тоже труд. Если нам присылают смету на ремонт каких-то захоронений, на месте сразу утрясаем все финансовые вопросы.

— Как я поняла, ремонт памятников осуществляется только из бюджета России.

— Да, а если китайская сторона инициирует перенос какого-то захоронения, тогда все расходы берет на себя Пекин. Так случилось в Шеньяне. Памятник там стоял возле вокзала и рядом еще станция метро — это создавало невыгодный фон для мемориала. Власти решили перенести огромную стелу, увенчанную бронзовым танком, общим весом в 40 тонн в более достойное место, потратив на это миллион 200 тысяч долларов — такую цифру они озвучили. Что касается российской стороны, состояние захоронений наших соотечественников в основном не вызывает опасения, потому как объем целевых бюджетных средств, предназначенных на ремонтно-восстановительные работы на российских воинских мемориалах в КНР, с 2001 года вырос в десятки раз.

— Владимир Иванович, фамилия нашего губернатора тоже Кожемяко, вы родственники?

— Нет, и даже никогда не встречались. Хотя к вашему губернатору отношусь с большим уважением за то внимание, которое он уделяет увековечению памяти погибших советских воинов и патриотическому воспитанию подрастающего поколения. Неоценимую помощь нам в работе оказывают поисковые организации, в частности, очень тесно и продуктивно сотрудничаем с Амурским военным фондом и лично с Сергеем Михайловичем Орловым.

Нам надо вместе с максимальной пользой использовать оставшееся время до празднования знаменательной даты — 65-летия Великой Победы, чтобы осталось как можно меньше темных пятен и «неизвестных фамилий» в истории России.

В настоящее время в Правительстве России прорабатывается вопрос о включении в сферу деятельности Представительства Минобороны России в КНР Монголии, Японии, КНДР и Республики Корея. Важно, что к проблеме военно-мемориальной работы, заботе о памяти погибших солдат и офицеров обратилось лицом не только наше государство, которое выделяет на это соответствующие средства (только на составление базы данных о погибших затрачено 365 миллионов рублей), но она приобретает и международное значение, входит в гуманитарное общечеловеческое русло. А это означает, что память о солдатах Отечества перестанет быть только лозунгом, а превратится в реальное осязаемое дело, достойное тех, кто не пожалел своей жизни для защиты национальных интересов своей страны.