«Раньше все следователи на наркотиках тренировались»

Мягкий руководитель

В настоящее время под управлением этого человека работают отборные следователи УМВД России по Амурской области. Лучшие из лучших, профессионалы, которым поручаются самые сложные и резонансные дела. Николай Петрович Погребной сам считает себя руководителем мягким — сказывается школьный опыт. Но это не мешает его команде распутывать уголовные серийные головоломки, изобличать матерых преступников. В его сердце до сих пор находится место вполне житейской человеческой мудрости. Нетерпимость к бесчеловечным порокам общества уживается рядом с гуманизмом и здравомыслием.

— Помню, расследовали одно дело: там семь или восемь подростков, считай, целая группа, магазины обворовывали. Около десяти эпизодов на них, тащили все подряд. Осудили условно, потому что первое преступление, но самое главное — это дети! Кажется, что такие дела легкие, но здесь обязательно нужно в причины вникать. Многие на преступление за компанию идут, другие от нелегкой жизни. Хочется, чтобы в тюрьму не попали. У меня масса примеров, когда мальчишки уже на этой стадии останавливались, нельзя их сразу в преступников превращать, — о своих бывших подопечных начальник отдела следственной части амурского УМВД Николай Погребной рассказывает как о любимых учениках.

Кажется, дай ему волю — всех соберет, каждому даст житейский совет, поддержит. Нет, за серьезные «шалости» по голове не погладит, при необходимости воздаст по заслугам, а точнее — по закону. При этом обязательно разглядит человека в каждом малолетнем злодее. По его словам, трудные дети от обычных почти не отличаются. Конечно, они педагогически запущены, у них сложные характеры, сложные семьи. Стоит внимательнее к ним присмотреться, и оказывается спасенной очередная человеческая судьба.

— В здании областного УВД ремонт проводился, ребята молодые работали. Иду мимо, они со мной поздоровались, оказалось — мои бывшие подопечные, — вспоминает следователь с многолетним стажем. — Постояли поговорили, вспомнили... Сейчас у всех семьи, работа, жизнь нормальная. Всегда старался меньше наказывать, но больше убеждать.

Стопроцентный контакт

Через год его служебный стаж в органах внутренних дел разменяет третий десяток, но еще в начале лихих девяностых он не видел себя в роли орудия правосудия. Признается — в милицию пошел не от хорошей жизни.

— Сами помните, какие времена были сложные, а в нашей семье два учителя. Жена немецкий преподавала, я математику. Жить не на что, поэтому пришлось мне перейти на работу в милицию, инспектором по делам несовершеннолетних. Там хоть зарплату худо-бедно платили, — вспоминает свои первые шаги в профессии Николай Погребной. — Если же вспомнить предысторию, то заканчивал наш благовещенский пединститут. Директором в новотроицкой школе был. Потом в Константиновку нас перевели, я там уже обычным учителем работал.

Кстати, еще будучи директором, всех трудных подростков с учета поснимал. Старались своими силами справляться, не прибегая к помощи инспектора. И дети были хорошие. Была у нас своя экспериментальная площадка, опыты проводили, ученики по области ездили, в конкурсах участвовали.

Он, сам того не замечая, вновь углубляется в воспоминания, которыми явно очень сильно дорожит. Собственно, школьный опыт во многом помог определиться в дальнейшей жизни.

— Мне педагогика в милиции очень пригодилась. Инспектор по делам несовершеннолетних с теми же детьми работает. В большинстве случаев стопроцентный контакт с подростками, их родителями. То есть я даже в милиции по своему профилю трудился. Но жизнь вокруг все тяжелее и тяжелее становилась. Колхозы распадались, зарплаты людям не платили, везде пьянство, безработица, разгул преступности начался, — уже хмурится бывший школьный учитель. — Уголовных дел столько, что в милиции следователей не хватало.

Предложили попробовать себя на этом поприще, как новичку, дали самое простое дело — наркотики. Вы не удивляйтесь — если предмет доказывания изъят, процедура изъятия соблюдена, то остается назначить одну экспертизу и дело направляется в суд. Раньше все следователи на наркотиках тренировались. Потом было еще несколько дел, справился, и мне предложили остаться работать следователем. И в этой роли тоже приходилось с несовершеннолетними работать.

Как в кино

Поработав следователем «на земле», Николай Погребной оказался в следственной части на тот момент областного УВД. Такие карьерные скачки случайными не бывают. Для любого полицейского следователя возможность расследовать наиболее сложные и резонансные дела — высший пилотаж, а еще — высокое доверие, которое нужно оправдывать годами, изо дня в день. Вот уже десять лет Николай Петрович руководит работой целого следственного отдела. За это время с чем только не сталкивался. Почти каждый эпизод хорошо знаком амурским читателям и телезрителям.

— Банда у нас была прошлым летом. Наш следователь Леша Райков по ней работал. Один фигурант — студент БГПУ, второй — бывший заключенный, ранее судимый за разбой. Познакомились они и решили на трассу выезжать. Нападали на перегонщиков, дальнобойщиков, в основном к транзитным номерам присматривались. Был у них обрез, деньги у водителей вымогали. Официально на них больше десяти эпизодов. Дело резонансным получилось, газеты о нем много писали. Задержали их, осудили, милиция местная хорошо сработала.

Был у нас такой обвиняемый, который нападал исключительно на бабушек. Идет пожилая женщина с сумками, он ее отслеживает, в подъезде бьет очень сильно, забирает сумки с продуктами, остатки пенсии. Около 20 таких эпизодов у него, Благовещенск серьезно шумел. Я считаю, что это совсем ненормальный человек.

Можно арку на площади Победы в пример привести. Лет пять назад ее краской из баллончиков расписали. Поначалу все говорили — доказать ничего не удастся. Проводили мероприятия совместно с нашим УФСБ и уголовным розыском. Нашли виновника, осудили условно. Статья «вандализм» много не предусматривает, но сам факт того, что нашли и доказали, говорит о многом.

Как стало известно АП, сейчас в стенах этого отдела готовится к передаче в суд еще одно нашумевшее дело последних месяцев. ДТП с участием школьного автобуса на аэропортовской трассе мало кого оставило равнодушным. Николай Погребной уверен — водителю легковушки, ставшей причиной аварии, не удастся уйти от ответственности. Само же по себе расследование оказалось несложным. «Выезд на встречную полосу» в подобных случаях доказывается достаточно легко.

— «Артисты» встречаются разные. Был у нас парень с обрезом из Комсомольска, вместе с друзьями собирался предпринимателя ограбить. Серьезный разбой планировался, на миллион долларов. Думали, что он деньги дома в сейфе держит. Ворвались в квартиру, домработницу в шкафу закрыли, а в сейфе всего 20—30 тысяч рублей да золотые украшения на такую же сумму. Задержали его, он начал раскаиваться, а уже на суде заявил, что наш следователь-женщина на него давление оказывала. Забыл, что мы все допросы на видео записывали. Он там сидит курит сигаретку, все рассказывает. Как в кино.

 Снисхождение в законе 

На вопрос о возможном давлении со стороны Николай Петрович категорично вертит головой. Нет, ему давно никто не звонит, ничего не предлагает и не угрожает. В определенных кругах личность этого человека досконально изучена, репутация заработана. И даже видимая педагогическая мягкость и милосердие на поверку оказываются точным соблюдением законодательства. Снисхождение получают лишь те, кто действительно искренне раскаивается и активно помогает следствию. Опять же все в рамках УК и УПК. В его отделе только так, и никак иначе.

— Мои подчиненные свою работу знают. Труд очень кропотливый, но в то же время интересный, — делится мой собеседник. — Команда уже сложилась, но по мере необходимости присматриваемся к молодым специалистам из сельских или городских отделов. Если видим грамотного человека, «выход дел» у него результативный, приглашаем к себе. Сначала он исполняет обязанности следователя следственной части, работает под опекой опытного следователя, активно участвует в делах. При хорошем отношении к работе назначаем на должность. Люди идут к нам с желанием, стараются. Обратно крайне редко приходится кого-то отправлять.

18 марта — 95 лет со дня образования органов внутренних дел Амурской области.

Профессиональная нагрузка

3 сложных дела одновременно расследует каждый следователь.

50 томов может достигать одно  уголовное дело.