Толстой на корабле современности

Во-первых, давайте не будем лишать наших детей права дорасти до понимания великих классиков. Сегодня мы и так жалуемся на то, что идет упрощение образования.

Но суть в том, что мы так или иначе понимаем, о чем говорим. И четыре тома «Войны и мира», выпущенные еще в годы моего отрочества издательством «Просвещение», по-прежнему стоят на книжной полке. Это я к тому, что «Война и мир» — нечто неотъемлемое от нашей повседневной жизни. Надеюсь, что и сын тоже прочтет книгу целиком или частично — если роман не будет вычеркнут из школьной программы.

Именно об этом в последнее время возобновились разговоры в связи с наделавшим шуму заявлением президента Российской академии образования Людмилы Вербицкой, которая предложила отказаться от изучения в школе «Войны и мира» Толстого и романов Достоевского в силу их сложности и философской глубины. 

Да, сложные. Но, во-первых,  давайте не будем лишать наших детей права дорасти до понимания этих произведений. Сегодня мы и так жалуемся на то, что идет  упрощение, унификация образования. У нас, например, проверочные работы в школе так и называются — «данетки»,  то есть в них возможны два ответа: да или нет. Другого не дано. Мы говорим о том, что дети разучились формулировать мысли, размышлять, радуемся, что вернулось сочинение. И на этом фоне — убрать классические романы? Не надо, пусть пытаются читать и осмысливать большую нешаблонную литературу, если трудно — пусть осознают свое несовершенство, именно с этого и начинается  работа над собой. 15—17 лет — отличный возраст для интеллектуального развития, да и когда еще философствовать? Потом придется больше думать о материальном. 

Во-вторых, у нас уже и так назревает разрыв между поколениями из-за разницы в культурно-нравственных кодах. Пример  схематичный, но он поясняет, что имеется в виду. Для многих поколений опорой была Библия с ее «не убий, не укради» и другими нравственными постулатами. Потом, когда религию отделили от народа, эту роль взяла на себя классическая литература, созданная писателями, так или иначе транслирующими эти ценности. Конечно, сегодня роль литературы и в школе, и в жизни совершенно не та, что раньше, но не хотелось бы рубить последние  нити.

Конечно, не все школьники прочитывают Толстого и Достоевского в объеме школьной программы, и всегда так было — кто-то не мог оторваться, а кто-то бегло пролистывал. Но все получали представление о том, что это масштабные и значительные произведения, к которым можно вернуться через годы. Если убрать их из школы, то их и единичные гуманитарии-отличники не прочтут — стимула не будет, а информационное поле сегодня настолько необъятное, что в нем теряется все. Если мы потеряем наши культурные коды, поколения отцов и детей перестанут понимать друг друга.

Идея «вернуть изучение Библии в школу» звучит интересно, но смотря, о чем идет речь. Если подойти формально, Библия  как книга по толщине и количеству страниц превосходит и «Войну и мир», и «Преступление и наказание», а по глубине и сложности для восприятия — даже многократно превосходит их. Хочется спросить: «Кто прочел Библию от корки до корки, поднимите руки». Уверена, что кроме специалистов, никто и не поднимет. Что касается меня, «Войну и мир» от начала до конца читала дважды, за Библию принималась, но в полном объеме ни разу не осилила. Конечно, сегодня изучать Библию в школе — утопия, но если давать представление о ней как одном из древнейших и величайших  книжных памятников — почему бы и нет. Ведь проходят же в школе мифы Древней Греции и «Слово о полку Игореве».

Несколько лет назад мне довелось встретиться с потомками Льва Николаевича, и в беседе с одним из его многочисленных  праправнуков — известным телеведущим Петром Толстым, я задала вопрос об этом же пресловутом «Войне и мире» — правильно ли изучать этот великий роман в школе. «На мой взгляд, самое правильное, если бы людям в школе объясняли, что есть произведения, которые можно читать в течение всей жизни, периодически к ним возвращаться, чтобы находить ответы на вопросы, которые мучают человека в разном возрасте, — мудро ответил Толстой-младший. — Классика потому и классика, что дает возможность припасть к тому, о чем думал писатель в разном возрасте. Лев Толстой как раз такой писатель. В школе его хорошо читать, но и после школы — тоже неплохо».

«Школьная программа по литературе не пересматривается, и никаких изменений в нее вносить в данный момент не предполагается», — пояснила пресс-служба Российской академии образования сразу после растиражированных СМИ высказываний своего руководителя, уточнив, что Людмила Вербицкая просто озвучила свои мысли. Инцидент можно было бы считать исчерпанным, если бы не интернет – погуглив, можно найти бурную дискуссию на эту тему, развязавшуюся в 2015 году после того, как на одном из комитетов Госдумы прежнего созыва депутаты вполне серьезно обсуждали возможность облегчить школьную программу за счет Толстого и Достоевского. Правда, тогда ими двигало желание заменить классиков на современную  патриотическую литературу, которая еще не написана.

…Было время, когда и Пушкина горячие головы призывали скинуть с корабля современности. Хорошо, что не скинули. Давайте  с «Войной и миром» тоже не будем торопиться.