![Фото: Никита Печеник](/files/articles-2/132404/cy1pmsuol1kz.jpg)
Непроходящая боль
Из трех детей Женя была старшей в семье. У нее было благополучное и вообще‑то обычное детство. После школы окончила торгово-экономический колледж по специальности «менеджер по отраслям», работала в сфере сервиса и торговли. В 21 год вышла замуж за местного парня, через два года родила сына. Она не могла сказать, что была счастлива в браке, но, как и миллионы женщин, жила с мужем ради ребенка.
А потом сын умер. Малышу не было и трех лет, когда он «сгорел» буквально за сутки от высочайшей температуры вследствие менингококковой инфекции. Местным врачам спасти ребенка не удалось. Для молодой матери это стало трагедией, боль от которой она носит в сердце до сих пор.
— Чтобы не плакать постоянно, не замыкаться в своей беде, я через неделю после похорон вышла на работу, — вспоминает Евгения. — Но через месяц уволилась, настолько было тяжело. Подала на развод: зачем было себя мучить, если теперь не было ребенка? Разошлась с мужем и ушла жить к родителям.
Евгения даже хотела уехать из Прогресса, чтобы начать жизнь заново. Но потом встретила Хайриддина.
Круглый сирота из Таджикистана
Хайриддин (для всех просто Харик) до семи лет жил в Душанбе, где его родители занимали довольно высокие должности. Но поскольку мама мальчика, Тамара Андреевна, была русской, после известных событий в Таджикистане ей пришлось уехать. После распада СССР в 90‑х годах местное население стало притеснять русских, вплоть до погромов и убийств. Забрав детей, Тамара вернулась в Прогресс, откуда была родом и где жили родные. Так Харик стал амурчанином. А с отцом он больше никогда в жизни не виделся.
Потеряв собственного ребенка, Евгения даже не сомневалась в том, чтобы взять на воспитание трех племянниц своего будущего мужа. Ей было всего 27 лет. Сейчас в семье уже четверо девочек. В день приезда журналистов АП Харик был на вахте и на семейное фото не попал.
Мальчишка еще учился в школе, когда Тамара Андреевна заболела онкологией, и в 17 лет он остался круглым сиротой. Мать ему заменила сестра Тахмина, которая была старше брата всего на четыре года. После окончания школы парень отучился на сварщика, стал ездить по вахтам. Как сироте ему выделили однокомнатную квартиру.
— У Харика менталитет русского, он даже по‑таджикски не говорит, — говорит о муже Евгения. — Кроме того, он крещеный в православной вере.
Хотя Женя и Харик учились в разных поселковых школах, заочно знали друг друга. А впервые встретились случайно — в кафе, где каждый отдыхал со своей компанией.
Сначала — дети, потом брак
Молодые люди познакомились 8 марта, а через месяц в семье Харика произошла трагедия: в ДТП погибли муж и сын старшей сестры Тахмины. Сама она на фоне стресса сильно заболела, попала в больницу и оттуда уже не вышла. Три ее дочери, старшей из которых было 12 лет, а младшей всего 4 года, остались сиротами.
— Мы еще не были официально женаты, но жили вместе. Тахмина тогда находилась еще в больнице. Однажды сидим обедаем, и Харик говорит: «Если что случится с сестрой, я детей никуда не отдам», — рассказывает Евгения. — Я говорю, что это даже не обсуждается, будем воспитывать. Но тогда придется брак оформлять. Харик говорит: «Да не вопрос! Я готов».
«Мы зарегистрировались через три месяца после знакомства. Так надо было, чтобы девочек нам оставили», — говорит Евгения.
Женя даже не сомневалась, что возьмет на воспитание трех племянниц будущего мужа. Девочки Евгению знали: раньше, когда Тахмина была еще жива, они заходили в гости, одно время даже жили вместе. Женя привязалась к ним всей душой.
— Мы зарегистрировали брак через три месяца после знакомства. Так надо было, чтобы девочек нам оставили, — объясняет Евгения. — Но знаете, если бы не эта ситуация, я бы всё равно за Харика замуж вышла. Когда мы близко познакомились, я поняла: «Это мое!» Он надежный, добрый, даже словом не обидит. Моя мама знала семью Харика, поэтому была не против нашего брака. Мои родители его сыночком называют, он их — мама и папа.
«Младшие называют меня мамой»
Самую маленькую, Малику, в семье любят все. Скоро у нее появится младший брат. Имя ему уже выбрали — Максим, в честь погибшего на СВО дяди. Фото:Никита Печеник
Евгении было 27 лет, когда у нее на руках оказались трое детей, двое из которых были дошкольниками. Некоторые знакомые и приятели говорили ей в лицо, мол, зачем ты на себя такую обузу берешь, молодая еще, свои дети будут. Женя не пыталась что‑то доказывать и объяснять таким людям, она просто переставала с ними общаться. «Конечно, было тяжело. Сначала мы жили в однокомнатной квартире, потом сняли двухкомнатную, — говорит Евгения. — Харик очень много работал: за год он месяца четыре дома был, остальное время на вахте. Я одна с детьми. Они хоть и девочки, но им не хватало именно мужского воспитания, мужского слова».
Первое время семье помогали родители Жени — Алексей Александрович и Людмила Георгиевна. А в быту главным помощником приемной мамы стала старшая из девочек — Карина: по утрам она отводила младших сестер в детский сад, вечером занималась уборкой.
— Карина называет меня Женей, младшие девочки мамой, — рассказывает Евгения. — Мне не по себе сначала было, но я не стала запрещать им так меня называть. Маленькие даже не помнят, как выглядела их родная мама. Но при этом все дети знают, что произошло в их семье.
А потом в семье Харика и Евгении Кандовых появилась еще одна девочка — Малика. Это имя Женя услышала лет 9 назад, и оно так запало ей в душу, что решила: если у нее будет дочка, то назовет ее Маликой. Теперь в доме Кандовых «женский батальон», как в шутку иногда свою семью называет Харик.
Большой дом для большой семьи
Старшая Карина увлекается баскетболом и бадминтоном, у нее много спортивных наград, а Сюзанна и Лиля любят шахматы. Фото: Никита Печеник
Сегодня Карине 17 лет, Сюзанне — 11, Лиле — 10. Старшая увлекается баскетболом и бадминтоном, младшие — шахматами. Как победительница различных спортивных соревнований, Карина вошла в Российскую энциклопедию детских достижений по Дальневосточному федеральному округу. Сюзанна и Лиля участвуют во Всероссийском онлайн-конкурсе чтецов детей из приемных семей.
Харик по‑прежнему работает по специальности вахтовым методом, но уже не так напряженно, как раньше, — чтобы больше времени проводить с семьей. Женя получает зарплату за воспитание приемных детей. У Кандовых есть небольшое хозяйство — кролики и куры, а также огород.
Семья живет в большом, почти 300 квадратных метров, доме со всеми коммунальными удобствами. Свои комнаты есть у Карины и двух ее младших сестер, спальня родителей, кухня, просторный светлый зал. На первом этаже — гараж, небольшой бассейн с сауной, комната отдыха. Этот дом семье купили родители Евгении. Сейчас, пока у них в квартире идет ремонт, Людмила Георгиевна и Алексей Александрович живут со старшей дочерью, зятем и их детьми. Им сейчас, как никогда, нужны поддержка и помощь после гибели сына.
«Прогрессовский борщ самый вкусный»
Многодетная мама оплакивает погибшего на спецоперации брата и «варит» для бойцов сухие супы
Волонтеры из Прогресса показали свою продукцию — борщ, чай и цукаты — депутатам Госдумы. Фото из личного архива
22‑летнего брата Евгении — Максима Кудака — мобилизовали осенью 2022 года. Женя переживала за брата и думала, как облегчить ему службу. Стала искать группы амурчан, которые помогают ребятам на СВО. Нашла и загорелась: «Я тоже так хочу!» Начала с простого: вместе с детьми отливала дома окопные свечи и отвозила их Евгении Пушиной в женсовет Благовещенского округа.
«Спать всех детей уложу — и на кухню»
— Потом у нас в Прогрессе появилась своя группа, и мы решили делать травяной чай, — рассказывает Евгения Кандова. — Собирали и сушили тысячелистник, иван-чай, выписывали алтайские и крымские травы.
Женя первой узнала, что ее брата больше нет. И именно она должна была сказать об этом маме. Максим Кудак погиб на СВО в июне прошлого года. Ему было всего 23 года. Фото из личного архива
Затем она пошла в администрацию поселка, при которой был создан штаб по оказанию помощи семьям, в которых мужчины были призваны на СВО. Помогала чем могла, затрачивая время, силы, деньги. Одновременно женщинам в группе предложили изготавливать для бойцов сухие борщи. Первой за это дело взялась Евгения Кандова.
Сухой борщ, который готовят волонтеры в Прогрессе, полюбился бойцам СВО. Но кроме него, женщины готовят целое «сухое» меню: рассольник, гороховый, гречневый и грибной супы, картофельное пюре с жареным луком и грибами.
— Рецепт подсказала женщина-технолог, а тонкости — как и сколько сушить овощи, их пропорции — приходилось осваивать самой методом проб и ошибок, — говорит Евгения. — Это очень трудоемкий процесс, много времени занимает. Когда я стала делать борщи, Малике всего 9 месяцев было. Спать всех детей уложу — и на кухню.
Перед отправкой концентратов на СВО борщ первым попробовал Харик. Ему понравилось. Первые 12 порций Женя сделала в марте прошлого года. А потом к изготовлению сухого борща подключились другие члены местной группы, в основном те женщины, чьи мужья и сыновья мобилизованы. Сухую домашнюю еду отправляли морпехам из Владивостока, участникам СВО из Белогорска, Хабаровска, Белогорска и самого Прогресса.
«Будто дома побывал»
«Ваши борщи славятся на всём Запорожском направлении. Ждем ваших посылок», — пишут в прогресс Ребята с передовой. Фото из личного архива
И что удивительно! Ребята на передовой оценили этот борщ как самый вкусный из тех, что им присылали со всей страны. Они писали в отзывах: «Завариваешь ваш борщ — запах на весь блиндаж. Будто дома побывал», «Ваши борщи славятся на всём Запорожском направлении. Ждем ваших посылок».
Сегодня инициативная группа волонтеров под руководством Евгении Кандовой готовит борщ, рассольник, гороховый, гречневый и грибной супы, картофельное пюре с жареным луком и грибами.
Сухой борщ, который готовят волонтеры в Прогрессе, полюбился бойцам СВО. Но кроме него, женщины готовят целое «сухое» меню: рассольник, гороховый, гречневый и грибной супы, картофельное пюре с жареным луком и грибами.
В ноябре прошлого года в Прогрессе побывали заместитель председателя комитета по развитию Дальнего Востока Госдумы Вячеслав Логвинов и депутат Госдумы Андрей Гурулев. Они встретились в том числе и с волонтерами поселка, которые показали заготовки сухих первых блюд, сборный чай и цукаты. Депутаты высоко оценили помощь в поддержке фронта и бойцов.
Сегодня Евгения Кандова вместе со своими волонтерами, продолжая изготавливать концентраты, занялась более сложной задачей — сбором денег на рации, тепловизоры и другую необходимую для бойцов СВО технику.
«Это была самая страшная ночь»
«Когда мы близко познакомились, я поняла: «Это мое!» — рассказывает Женя про своего мужа. Харика и Евгению Кандовых сблизило общее увлечение — рыбалка. Они вместе уже пять лет. Фото из личного архива
Женя постоянно, при любой возможности, была на связи не только с братом Максимом, но и с его товарищами, другими ребятами из Прогресса. Она уже наизусть знает, где кто воюет, куда и кому идет их помощь. «Каждое сообщение от парней, даже незнакомых: «Я жив» — это счастье, — говорит Женя. — Пишут мальчишки: «Как семья, как дела?» Ты их в лицо не видела, но они становятся как родные».
Когда брат перестал выходить на связь, Женя забеспокоилась. Стала обзванивать других ребят. И друг Харика, который там тоже воевал, сообщил, что в роте Максима есть «двухсотые». Всю ночь Евгения переписывалась с женой, чей муж был мобилизован из Прогресса и тоже погиб. «Это была самая страшная ночь», — вспоминает молодая женщина. Она первой узнала, что Максима больше нет. И именно она должна была сказать об этом маме.
Максим Кудак погиб в июне прошлого года. Ему было всего 23 года.
В память о брате
Фото из личного архива
В семье Кандовых скоро будет прибавление. Когда Харик узнал, что Женя снова беременна, расплакался. А позже, когда был определен пол ребенка, он был на седьмом небе от счастья. Имя для мальчика уже выбрали, его назовут Максимом, в честь брата Евгении.
Возрастная категория материалов: 18+
Добавить комментарий
Комментарии