Золотой парень: как строитель драг и отец трех дочерей из Зеи Владимир Журбенко прошел путь в 85 лет

Юбилей — очередная веха на пути, который продолжается

На календаре — середина января. За окном трещит Зейский мороз, но в уютном доме на одной из старых улиц города тепло и пахнет хлебом. Здесь среди горшков с пальмами и фотографий в резных рамках живет человек, чья судьба, словно отлита из сплава эпохи, труда и любви. 21 января Владимиру Журбенко исполняется 85 лет. Цифра, которая для многих звучит как итог, для него — лишь очередная веха на пути, который продолжается.

История Владимира Александровича начинается там, где рождались великие стройки страны. После школы-семилетки паренек из приангарского посёлка летом 1955 года таскал оборудование геодезисту, прокладывавшему пути будущему Братскому морю — водохранилищу для ГЭС. Потом — Черемховский горный техникум. И почти сразу — колхозная страда, уборка овощей.

— Объелся огурцов так, что попал в больницу, — смеется Владимир Александрович. — Сбежал оттуда, вернулся к своему геодезисту. Он обрадовался: «Работай!» Та справка о работе спасла потом от отчисления.

Диплом техника-горняка привёл парня в Могочу Читинской области. Электромонтажником он собирал драги — гигантские плавучие фабрики для добычи золота. На лошадях через тайгу возили оборудование. Там же, на танцах, встретил свою будущую жену Любовь Дмитриевну.

С ней он пройдёт 61 год рука об руку, вырастит трех дочерей, объедет половину Союза и будет смотреть в одном направлении до самого конца.

— Она всегда следовала за мной, — говорит Журбенко тихо. — Любастойко всё выносила и работала со мной на участках.

Его ценили как уникального специалиста по автоматической сварке. Он даже сварил четыре картины (мостовых конструкций) моста через Днепр в Киеве, куда был командирован на всесоюзные курсы.

При строительстве драг Владимир Александрович часто применял свои рационализаторские предложения, например, по блочной сборке агрегатов, за что не раз получал награды и благодарности. География его строек обширна: Могоча, Кемерово, Бодайбо, Экимчан, Стойба, Соловьевский, Дамбуки, Усть-Уркима и другие поселки в Читинской, Иркутской и Амурской областях.

Зея стала домом

Из прорабов Журбенко быстро выдвинули в начальники участка.

— Живя и работая в Могоче, я выезжал на разные участки в Иркутской, Читинской области, на границе с Китаем. В 1967 году меня перевели в Алдан. Начиная с Кемерова я уже работал прорабом. Меня вызвали в трест «Драгстроймонтаж» и сказали: «Хватит работать прорабом, иди начальником участка на Селемджу». У меня не было там ни друзей, ни работников, и я стал со всего Союза собирать своих знакомых мастеров, формировал бригады, — рассказывает Владимир Александрович.

Всего за его 46-летний стаж — 38 построенных и восстановленных драг, которые намыли около 400 тонн золота. Цифры он называет без запинки, как и марки драг, даты, имена.

Под руководством Журбенко в тайге родились посёлки Мариинский на Селемдже и Береговой на Зее. Он помнит, как в лютый мороз заносили пиломатериал в вагончики, чтобы отогреть — в мёрзлое дерево не забивались гвозди. Как заколачивал первый колышек на месте будущего Берегового.

— В 1970 году в посёлок приехали представители Новосибирского главцветпроекта для изыскания места под Береговой. Забили первый колышек 15 июня, выбрав место в сосняке. Я подобрал бригаду и начал строить. Появились детский сад-ясли, больница, столовая (в ней отмечали новый, 1973 год), общежитие, пекарня, двухквартирные дома, большая база ОРСа, — вспоминает Владимир Журбенко.

Здесь же продолжалось строительство драги, которая была сдана в срок. В Береговом родилась и его младшая дочь Татьяна.

В условиях сурового севера не обходилось и без происшествий.

— Получил первое зейское крещение, — улыбается наш герой. — Дело было 30 декабря: на пути в Дамбуки попали в наледь. Ночь провели в замёрзшей машине — хорошо в кузове были матрасы и сухая штукатурка, по которой я утром перебрался до берега и пошел за помощью. Трактором вытащили машину, никто не пострадал.

«Главное — это моя семья»

Со своей супругой Любовью Дмитриевной Журбенко всё делал вместе. В Зее, которая стала им домом, супруги развели пасеку, завели коз, стали первыми в городе селекционерами клубники, о чём, кстати, писала местная пресса. А ещё разводили цветы и растили своих удивительных дочерей.

О детях Владимир Александрович говорит с тихой, сдержанной гордостью, в которой читается главный итог мужчины. Ирина Брагина, старшая, — заслуженный врач области, невролог. Окончила мединститут, работая ночами медсестрой. Сейчас руководит собственным реабилитационным центром «Прасковья» в Зее.

Елена Пика, средняя, — прошла путь от учителя математики до экономиста в Северных электросетях.

Татьяна Абазова, младшая, — педагог, председатель общественной палаты  города Зеи, глава волонтёрского движения, недавно отмеченная наградой губернатора Амурской области. А еще заядлая рыбачка, возглавляющая клуб любителей рыбалки — отец к ней приучил.

— Сына хотел, но не сложилось, — говорит Владимир Александрович. — Зато дочери подарили пятерых внуков и одну внучку.

О внучке Маше, дизайнере из Санкт-Петербурга, в платьях которой известная телеведущая Елена Малышева выходит в эфир, Журбенко рассказывает особенно тепло. А уже подрастают пять правнуков, на подходе — шестой.

— Я сделал много для золотодобычи Дальнего Востока, — говорит Владимир Александрович без ложной скромности, с достоинством мастера. — Но главное — это моя семья. И я жить собираюсь еще долго.

В его глазах — не ностальгия, а живой, острый свет. Свет человека, который не подводит итоги, потому что его путь продолжается. И в этом пути — целая эпоха, выстроенная своими руками, пропахшая таёжным дымом, сварочным ацетиленом, мёдом с собственной пасеки и ароматом цветов, которые так любила его Любовь Дмитриевна.

С юбилеем вас, Владимир Александрович! Здоровья, бодрости и долгой-долгой дороги. Ваша жизнь — уже золотой фонд нашего края.