Автор «Дозоров» в Благовещенске: известный российский фантаст встретился с горожанами

От белого халата к пишущей машинке

Визит известного писателя совпал с празднованием 170-летнего юбилея города: встреча в БГПУ первого июня стала необычным подарком для благовещенцев. Организаторы — благовещенские библиотекари — основательно подготовились к приезду Сергея Лукьяненко. На этажерке возле кресел лежали вещи, так или иначе связанные с героем встречи: книги и «космические картины», джойстики, сумки, фонарь (отсылка к героям книг). А рядом на вешалке даже висел медицинский халат. Он тоже был здесь неслучайно: по образованию писатель — врач психиатр.

— Мой отец был врачом-психиатром. И вся семья связана с медициной: мама — врач, старший брат — врач, многие родственники тоже работают в этой сфере. Получилась настоящая врачебная династия. Так что особого выбора у меня не было, — вспоминает Сергей Лукьяненко. — В школе я однажды робко заикнулся о том, что хочу поступить во ВГИК и стать режиссером фантастического кино. Но мне сказали: «Ты серьезно? Провинциальный мальчик из северного Казахстана — и в столицу?» И я подумал: «Да, не получится».

В итоге в кино Сергей Лукьяненко все же пришел, правда, по его словам, обходным путем. Он окончил медицинский, прошел интернатуру, поработал врачом. И только потом ушел в фантастику окончательно. По его книгам («Самая известная серия — «Дозоры», 16+) снимали фильмы, а сам он недавно написал сценарий для анимационного фильма «Смешарики. Космическая экскурсия» (6+).

Первые рассказы и трое детей

— Писать я начал еще на первом курсе. Наверное, потому что тогда еще не было интернета. Да, молодым людям сегодня это сложно представить, но тогда не было ни Всемирной сети, ни свободного доступа к книгам, — смеется писатель. — В библиотеках фантастика практически отсутствовала — её постоянно брали читать. Оставалось только искать книги у друзей. В какой-то момент я подумал: «А почему бы не написать что-нибудь самому?» Мне даже не приходило в голову, что это может быть сложно. Я просто взял тетрадь и начал писать фантастические рассказы. И неожиданно понял, что это невероятно интересно. Когда читаешь книгу, ты следуешь за сюжетом. А когда пишешь — управляешь им сам. Так все и началось.

Кстати, именно в институте будущий популярный автор и познакомился с будущей супругой.

— Я стоял на автобусной остановке, вижу двух девушек. Загадал: если та, которая мне понравилась, сядет со мной в автобус — это знак. Так и произошло, — говорит Сергей Лукьяненко.

Сейчас у супружеской пары трое детей. Старший поступает в магистратуру МГИМО, международные отношения, учит японский язык. Младший — флейтист. «А средняя дочка учится в школе. Хоть кому-то повезло», — смеется писатель.

Зависнуть в игре на полгода

Первые свои тексты Сергей Лукьяненко создавал еще на печатных машинках. Их можно увидеть и сегодня в кабинете фантаста.

— У меня есть машинка-конструктор, — делится подробностями писатель. — Жена подарила, я с удовольствием собрал и поставил на полку к остальным. Сегодня для работы машинки мне не нужны. Если кому-то хочется такой аутентичности, логичнее, на мой взгляд, будет купить стилизованную клавиатуру, она издает соответствующие звуки при нажатии клавиш.

Кстати, когда в 1994 году у героя встречи появился компьютер, поклонники чуть не потеряли своего автора.

— Я играл и играл, потом очнулся — уже полгода ничего не пишу, — рассказывает гость. — Тогда я начал создавать «Линию грез» (16+), где в качестве антуража использовал элементы антуража вселенной игры Master of Orion. И следующие лет 20 мне говорили: вы книгу с игры списали. Так там стратегия: нет сюжета вообще! Новая книга дала возможность выбраться из компьютерных игр, но с тех пор я их опасаюсь: боюсь, затянет. Так, могу немного с утра в «танчики» поиграть.

А вот в настольные игры семья Лукьяненко ценит и играет. «Это хорошая возможность побыть с детьми. Правда, сейчас такие настолки — сначала ты изучаешь правила, потом все раскладываешь часов 5—6, а потом нужно играть еще пару дней. Быстрее шутер (жанр компьютерных игр. — Прим. ред.) пройти», — улыбается он.

«Блогер — это не профессия»

Сергей Лукьяненко регулярно пишет посты в соцсетях, на своем сайте и общается с подписчиками. «Вас часто называют блогером, как вы к этому относитесь?» — задали вопрос автору

— Честно говоря, не люблю, когда меня называют блогером. На мой взгляд, это не профессия, по большому счету. Для меня блог — это возможность пообщаться, а не способ монетизации и пиара.

Любимое блюдо фантаста

На встрече Сергея Лукьяненко спросили, любит ли он готовить. Писатель ответил: «Да. И более того, есть блюда, которые в доме готовлю только я». Благовещенцы тут же попросили фантаста поделиться фирменным рецептом.

— Например, я люблю венгерский гуляш. Но это не то, что привыкли называть гуляшом у нас — скорее, такой густой суп. Но готовлю на глаз, точные пропорции не скажу. Мясо, перец, картошка. Еще есть специальная паста венгерская. Если нахожу, я ее покупаю. Гуляш должен быть густым, острым, жирным, чтобы ты после него выдыхал, как дракон, —улыбнулся он.

Меч и смокинг для автора

Рассказал Сергей Лукьяненко и несколько интересных историй, связанных с профессиональными наградами. Например, о том, как ехал в поезде с настоящим мечом.

—У нас есть премия «Меч Руматы», лауреатам которой дарят меч. Он настоящий, из металла, но не самурайский, конечно. Вручили мне его в Красноярске, а обратно в Алма-Ату я ехал на поезде, — рассказывает фантаст. — Меч я положил под полку. Подсели три молодых парня в купе, нагловатые, начинают спрашивать — мол, кто ты такой. А я человек тихий, правдивый, поэтому отвечаю: «Вам лучше и не знать». Показываю меч и объясняю, что делаю я вещи не очень законные, дерусь на мечах на арене. Они спрашивают: «Прям насмерть?» Говорю: «Ну если противник не успеет попросить пощады вовремя, или зрители требуют. Сами понимаете, эти новые русские творят что хотят. Бывает и насмерть». В общем, дальше в купе я ехал как царь.

Вторая история связана с зарубежной премией и смокингом.

— Однажды я получил приглашение на немецкую премию «Корина». Получил приз как лучший автор детской и подростковой фантастики за роман «Танцы на снегу» (12+). Думаю — надо ехать. И тут немецкие организаторы, которые совсем, видимо, не понимают российского менталитета, пишут: «Вообще награждение в смокингах, но мы понимаем, что у вас его, скорее всего, нет, так что можете так приезжать». Ну, конечно, я тут же пошел и купил себе смокинг. В итоге на награждении, где было порядка 20 авторов, в смокинге был только президент Баварии и я. Остальные писатели — кто в пиджаках, кто вообще в свитере.

«Невозможно писать 40 лет одинаково»

«Часто говорят о том, что ваше творчество — это фантастика жесткого действия, фантастика пути. Почему именно такие формулировки?» — задала вопрос ведущая.

— Думаю, людям нужно было придумать какое-то описание для статьи на сайте. Я вообще не люблю такие классификации. Я начал писать в 18 лет, в этом году, получается, будет 40 лет — довольно большой стаж. И если я все эти годы буду писать одинаково, придерживаться одной схемы — читателям станет скучно, — ответил он. — Авторы, на мой взгляд, бывают стилистами и сюжетниками. То есть для стилиста главное — гладкость, стройность текста. И это тоже хорошо и важно. Но я — скорее сюжетник. Мне интересно рассказать такую историю, от которой читатель не сможет оторваться. Если это удается, он может даже не заметить каких-то стилистических шероховатостей.

Работа в соавторстве и экранизация книг

Рассказал писатель и о совместном творчестве с Юрием Буркиным.

— Однажды после развода с женой он пришел ко мне и говорит: «Мне стыдно за развод перед детьми. Хочу для них фантастическую детскую книгу написать. Только я не умею. А ты сможешь, ты сам еще в душе подросток», — вспоминает писатель. — Только это, говорит, должен быть роман ужасов. И чтобы за детьми ночью по городу гонялась жуткая мумия фараона. Я его спрашиваю: «Ты точно решил именно таким образом отношения детьми восстанавливать? Да ты просто папа года». Ну и сели мы писать, правда там было больше юмора, а не страха. А потом ее даже экранизировали.

Интересовало участников встречи, изменился ли сам читатель за последние 40 лет.

— Скажем так: раньше читатель был более начитанным, образованным, насмотренным. Я мог спокойно использовать скрытые цитаты — известные фразы других произведений в своих книгах. И тогда люди понимали, о чем идет речь: шутку поймут, цитату опознают. А сейчас меня могут нахваливать за то, что я на самом деле процитировал, — говорит Сергей Лукъяненко. — И когда я сейчас пишу, особенно на молодую аудиторию, это учитываю. Например, в «Семь дней до Мегиддо» (16+) главный герой — 20-летний парень. Я торможу себя и говорю: он не мог это цитировать, он не знает таких вещей. На сюжетах это, конечно, тоже отображается, но в меньшей степени.

Еще один вопрос, который интересовал поклонников — отношение писателя к фанфикшену (любительские литературные произведения на основе популярных книг. — Прим. ред.).

— Это нормально для начинающего автора, и я тоже когда-то брался за продолжение интересных историй, — говорит фантаст. — Существует много произведений с продолжениями «Лабиринта отражений» (16+), я сам помогал их издавать. Также выходила серия произведений по «Дозорам» — книг 20 других авторов. Я просто попросил их оставить главных героев — Городецкого, Завулона — на заднем плане. Напишите свое: как «Дозор» работает в Томске или в Севастополе. Перенесите своих героев в другую эпоху: пусть это будут петровские времена или Советский Союз.

«Ночной дозор» в Севастополе

На встрече обсудили и экранизацию книг. Самая известная — серия «Дозоры».

— Нужно понимать, что экранизация всегда будет отличаться от печатного произведения. Хабенский в фильме и Хабенский в книге — разные персонажи, — говорит Сергей Лукьяненко. — Я, кстати обыграл это потом в одном из «Дозоров». Есть сцена, где выросший Егор встречает взрослого Городецкого и говорит: «Мне приснился безумный сон. Будто ты мой отец, там еще был Завулон, вытаскивающий меч из позвоночника, машины кувыркались…» В общем, книга и фильм — параллельные реальности.

Попросили фантаста рассказать об опыте работы сценаристом. Сергей Лукьяненко был соавтором сценариев «Ночного» (16+) и «Дневного дозоров» (16+), «Черновика» (12+). А недавно он написал сценарий для «Смешариков» (0+, 6+).

— Я всегда любил «Смешариков», это многослойное произведение. И однажды меня попросили написать для них. Я с удовольствием сделал сценарий, потому что знаю, как себя ведут и как говорят герои. Это была смешная история, как смешарики снимают нечто вроде «Звездных войн» (+12-16), а к ним прилетают настоящие инопланетяне», — рассказывает он. — Там, правда, была фраза, которую вырезали в последний момент: «В нынешнее время принцессой может кто угодно, даже Карпатыч!». Но решили, что неправильная фраза, подозрительно она звучит.

Позже к писателю обратились с предложением написать сценарий для полнометражного анимационного-игрового фильма. И он согласился.

— Я придумал сценарий, написал, но, если честно, к тому времени решил, что больше этого делать не стану. Мне надоело, когда ты пишешь, сценарий хвалят, а потом фильм либо не выходит вообще, либо выходит то, чего ты вообще не ожидал. И вот «Смешарики» вернули мне веру в кинематограф. Что я придумал, то они и сняли. Фильм получился хороший, научно-фантастический. Так что рекомендую.

«Когда начинаю писать, я не знаю, что станет с героями»

Сергею Лукьяненко задали вопрос: «Знает ли он, чем закончится произведение, когда приступает к новой книге?»

— Я знаю план, только если пишу в соавторстве. По-другому нельзя, если работаешь с другим человеком, иначе получится мешанина, — отметил гость. — А когда я пишу сам, как правило, знаю только начало. Стартовую сцену, ситуацию, которую я начинаю разворачивать, и иногда она поворачивается для меня очень неожиданно. Где-то в районе середины книги я обычно понимаю, какой будет концовка. Причем ты осознаешь, что все с первых глав к этому и шло, но увидел ты это только сейчас.

Как придумать название книги: совет Сергея Лукьяненко

Автора спросили, как у него обстоят дела с озаглавливаем своих произведений. Фантаст признался, что это непроста задача.

— Иногда я придумывал название, начинал писать книгу, и в итоге она под это название не подходила. Приходилось писать еще одну. Так, мне почему-то очень нравилось название «Танцы на снегу», но написать к нему книгу получилось только с третьего раза, — вспоминает гость. — Название может состоять из одного слова, порой — непонятного. «Спектр» (16+), «Геном» (16+). Можно взять принцип описание чего-то. «Ночной дозор» (16+). «Холодные берега» (16+).

Как бороться с творческим кризисом

Один из благовещенцев пожаловался, что несколько лет назад он стал победителем конкурса писателей, однако потом его затянул быт и теперь он не знает, как вновь начать писать.

— Я не могу позволить себе долго не писать. Это моя профессия, мой заработок. Чем дольше не пишешь — тем сложнее вернуться. Да, бывает, что работа «не идет». Тут два варианта, — объясняет фантаст. — Если ты знаешь, о чем писать, то все просто. А если герой загнал себя в ловушку, и ты не видишь выхода, нужно сменить обстановку на день-два, уехать в поле ,уйти в гараж, отправиться в другой город. Отдохнуть день, два, три. Но если это не сработало, ты просто садишься и пишешь. У тебя не получается, ты полдня выдавливаешь из себя фрагменты, которые раньше писал очень быстро — можешь плакать. Но заставляешь себя работать дальше. Другого пути нет.

Какие книги читает Сергей Лукьяненко?

— Классику сейчас перечитываю редко. Чаще — тексты, которые присылают на литературные мастерские, книги коллег и друзей-писателей, новую фантастику.

Читаю зарубежных авторов. Американская и польская фантастические школы — очень сильные. Из последних — Анджей Сапковский о Ведьмаке (16+), «Проект «Аве Мария» (16+).

Регулярно и с большим удовольствием перечитываю Терри Пратчетта.