«Любите при свечах, живите при сейчас»: как поэзия шестидесятников, известные актеры и симфонический оркестр покорили сердца амурчан

«Остановиться и почувствовать себя»

В основе этого уникального проекта — поэзия шестидесятников: Беллы Ахмадулиной, Евгения Евтушенко и Андрея Вознесенского. Все трое — яркие представители той эпохи. Их стихи были ответом на запрос общества на свободу мысли и искренность, а еще — рассчитаны на живое звучание, диалог с читателем или слушателем.

— Это те авторы, без которых невозможно представить поэзию того времени, — отмечает автор идеи, генеральный продюсер проекта Алла Шпанская.

Название «Ностальгия по Настоящему» родилось из строчки Вознесенского. Это не просто тоска по прошлому, а тоска по идеалу, по искренним чувствам и честным поступкам, которые, как кажется авторам, были ярче и значимее в те годы.

Как отмечает Алла Шпанская, главная задача проекта — окунуть зрителя в эмоцию. Поэтому стихотворения подбирались так, чтобы точно откликнуться. В этом проекте каждый зритель найдет что-то свое: ностальгию по детству, родителям, работе, жизни. Но главное — ностальгию по тем истинным ценностям и проявлению чувств, которые свойственны человеку, но в бурном потоке жизни многие о них забывают.

— Это не просто концерт, это попытка через стихи, великую музыку и великую фотографию поговорить со зрителем о подлинности — о том самом «Настоящем», по которому сегодня так сильно ностальгирует наше общество, — отмечает автор.

От идеи до сцены

В основе спектакля — три составляющих: стихи, музыка и видеоряд. И чтобы всё это заработало, как одно целое, над проектом работала целая команда. Автор композиции Пётр Разуваев и режиссер Роман Кочержевский поставили целью рассказать языком поэзии о настоящих ценностях.

Важным дополнением стал визуальный ряд — свет и мультимедиа-образы. Материалы для него подбирали долго, чтобы точно и органично представить. Документы взяли в Центральном архиве литературы и искусства Санкт-Петербурга, а снимки авторов нашли в архивах музейно-выставочного центра «Росфото».

— Мы шли не просто по фотографиям, а по стопам авторов: где печатались, жили и творили, — рассказывает Алла Шпанская. — Прежде всего, искали атмосферные вещи, которые бы соединялись и оттеняли тему того или иного стихотворения.

Музыка в спектакле играет особую роль: она связывает стихи в единое целое, задает настроение и оттеняет каждую строчку. И это музыка их современников — великих композиторов XX века: Шостаковича, Свиридова, Гаврилина, Шнитке, Таривердиева, Шварца, Артемьева. А еще — знакомые всем мелодии из советских фильмов: «Ирония судьбы, или С лёгким паром!» (6+), «Раба любви» (18+), «Экипаж» (18+) и другие.

— Музыка кино созвучна этим стихам, потому что она известна всем. Поэтому здесь не только строки вызовут ностальгию по чему-то, но и эти любимые всеми мелодии, — отмечает автор проекта.

Когда идея сложилась в проект, первым, кого пригласили читать стихи, стала Лаура Пицхелаури.

— Ее образ как актрисы очень созвучен с Ахмадулиной: она нежная, но с железной волей, — объясняет свой выбор Алла Шпанская. — А потом Лаура пригласила однокурсников и друзей: Сергея Перегудова и Дмитрия Лысенкова. Кстати, сами авторы тоже были друзьями.

Как проект попал в Благовещенск

В Благовещенск проект привезли по инициативе его автора Аллы Шпанской — она уже была здесь, и город ей очень понравился. А воплотить идею помогла Амурская областная филармония.

— У вас удивительные люди: вы все ищущие, страстные, вы хотите. А сейчас это редко встречается, — признается Алла Шпанская. — У вас замечательная творческая команда. Когда я только предложила филармонии вместе организовать этот проект у вас, Ольга Смирнова тут же откликнулась, и мы начали собирать этот концерт буквально по крупицам.

Для амурской сцены филармония нашла музыкантов: музыкальный ряд исполнял Дальневосточный академический симфонический оркестр из Хабаровска, вокальную часть — Амурский камерный хор «Возрождение». А партию фортепиано исполнял петербургский пианист Константин Изотов — постоянный участник проекта.

Не реконструкция, а разговор

Во время постановки актеры не подражают поэтам, а пропускают их строки через себя, доказывая, что поднятые темы актуальны во все времена. Как отмечают сами артисты, актуальность этих авторов в том, что они пишут про людей, а человек одинаков в любую эпоху: страстями, переживаниями. А эти авторы как нельзя точно подчеркнули и описали эти чувства.

У каждого артиста — свой автор. Сергей Перегудов читал стихотворения Андрея Вознесенского, Дмитрий Лысенков — Евгения Евтушенко, Лаура Пицхелаури — Беллу Ахмадулину. И каждый вносил в строки что-то свое.

— Каждый человек прочтет иначе и найдет что-то свое между строк. Мой автор очень дерзкий, острый, и многие его строки мне близки, — отметил Сергей Перегудов перед выходом на сцену. — Попробуем эту непростую, но очень актуальную и острую поэзию донести вашему зрителю.

Главное пожелание артистов амурскому зрителю — чтобы они включили все свои рецепторы и впитывали каждую строчку, каждую ноту, чтобы прониклись и нашли что-то свое.

— Мы просто актеры, и мы не обязаны всем нравиться. Но надеемся, что с вашим зрителем друг друга поймем, — улыбается Дмитрий Лысенков. — Я впервые на Дальневосточной земле и честно признаться: испытываю небольшой джетлаг из-за резкой смены часовых поясов. Но надеюсь, смогу пробудить в зрителе эмоцию.

Когда слово встречается с музыкой

Для амурской публики такой формат стал новинкой — и приняли его с удовольствием. В зале был аншлаг. Когда зрители заходили и рассаживались по местам, на сцене уже были установлены оркестровые инструменты и три стула с микрофонами для артистов. Как только все было готово, погас свет и на сцену вышли артисты с музыкантами. С первых минут зал охватила мелодия фортепиано, а на экране — видеоряд с документальными вырезками и фотографиями. И как только смолкли мелодии клавиш — на первый план вышло слово.

— «Я разный — я натруженный и праздный. Я целе- и нецелесообразный», — звучит стихотворение «Пролог» Евгения Евтушенко в исполнении Дмитрия Лысенкова.

В этот момент зал замирает, и все понимают: здесь главное — не действие, а слова, звуки и чувства.

— «И если я умру на белом свете, то я умру от счастья, что живу», — звучит со сцены, и тут же оркестр разрывается звуками виолончели и скрипки.

Всё это идеально подхватывает тон самого произведения — энергичный, исповедальный, даже дерзкий. А обрывисто сменяющиеся кадры на экране только усиливают эффект энергичного, почти лихорадочного потока сознания. И когда напряжение в зале достигло предела, вдруг музыка обрывается, а со сцены звучат следующие строки.

— «Когда я придаю бумаге черты твоей поспешной красоты, я думаю не о рифмовке — с ума бы не сойти!», — звучит «Молитва» Андрея Вознесенского в прочтении Сергея Перегудова.

Бархатистый и одновременно дерзкий голос актера отлично передает напряженный и почти истерический тон повествования. И как только прозвучала последняя строчка, на экране зритель видит белого ангела, и зал наполняется почти ангелоподобным пением амурского хора.

И в этом контрасте — замысел режиссера. Герой стихотворения — человек, который так восхищен красотой мира, что отказывается молить о спасении души: «молю не о души спасенье — с ума бы не сойти». Но в финале душа оказывается «унесена» — и он требует: «Господь или Россия, назад не отпусти». И церковное пение звучит как ответ на этот крик. Строгое, упорядоченное, оно сталкивается с нервным, хаотичным внутренним монологом героя. Земное и небесное, личное и сакральное сходятся в одной точке.

Так на протяжении всего концерта строки подхватывала музыка, свет и видеоряд. Порой — резко, напряженно и обрывисто. Порой — нежно и мелодично. И все три составляющих соединялись, переплетались и дополняли друг друга.

— «Девяносто процентов музыки, даже если она беда, так во мне, несмотря на мусор, девяносто процентов тебя», — звучат со сцены строки Вознесенского, и зритель окунается в зимний пейзаж с летающими хлопьями снега под известную всем композицию «Снег над Ленинградом» из кинофильма «Ирония судьбы, или С лёгким паром!».

И здесь кроется интересный ход режиссёра. Он не случайно ставит эти два имени рядом. У Таривердиева и Вознесенского была своя творческая перекличка: композитор не раз перекладывал стихи поэта на музыку, и их объединяло общее чувство — вера в то, что света в человеке больше, чем тьмы.

При этом поэт не прячет шероховатости мира: тут и «мусор», и «беда», и толпа, которая «растаптывает». Но каждый раз рефрен «девяносто процентов» словно перетягивает чашу весов — добро и любовь оказываются сильнее.

А музыка — как падающий снег: она не спорит, а мягко накрывает, сглаживает острые углы, делает правду стиха не тяжёлой, а светлой. Вместе они рисуют портрет человека, в котором уживаются стойкость и нежность, умение держать удар и способность верить в чудо. И в этот момент зал замер — казалось, каждый смотрел не на сцену, а вглубь себя.

«Это больше, чем просто спектакль»

Два часа постановки пролетели незаметно. И когда включился свет, покидать зал никто не спешил: каждый зритель проникся чем-то своим и не хотел отпускать это чувство. Актеров и музыкантов долго благодарили аплодисментами и криками «Браво!».

— Это больше, чем просто спектакль. Это восторг! — выходя из зала, признается Юлия Климова. — Ощущение, что нас погрузили во что-то очень живое, эмоциональное и родное. Все эти авторы знакомы, и сегодня они как нельзя актуальны. Но каждый настолько по-новому раскрылся. Честно, когда покупала билет, даже не ожидала, что будет так здорово.

Музыкально-литературный спектакль-концерт «Ностальгия по Настоящему» открыл Амурский музыкальный фестиваль «Волна». Проект реализуется при поддержке Президентского фонда культурных инициатив.