Семья Косицыных.Семья Косицыных.

Сказав детям, что они отправляются на рыбалку, он посадил жену и сыновей в лодку, и они отправились через Амур в Китай. От возможного обстрела беглецов защищали уложенные вдоль бортов мешки с песком, а на берегу встретили хунхузы, от которых семье едва удалось откупиться.

Амурская эмиграция насчитывает не одну историю о том, как, рискуя жизнями, по льду, по воде и снегу русские беженцы перебирались через приграничную реку в соседний Сахалян. Через судьбы многих из них прошли революции в России и Китае, две Гражданских и обе мировых войны. О тех, кто покинул Приамурье и стал эмигрантом-беженцем — книга «Амурцы-эмигранты. Первая треть ХХ века», презентация которой состоялась накануне в областной научной библиотеке.

Начинал с собственной родословной

Автор-составитель библиографо-энциклопедического справочника — коренной благовещенец, военный пенсионер Сергей Емельянов. Сбором информации о земляках-амурчанах он занимается более десяти лет. За это время ему удалось собрать сведения о десятках известных и неизвестных людей, живших в Амурской области сто лет назад.

40

священнослужителей, 38 деятелей искусства, 111 медицинских работников, 135 педагогов, 96 служащих пароходства, 30 юристов, сотни военных, казаков, крестьян, чиновников, предпринимателей были среди амурцев-эмигрантов, ушедших в Маньчжурию.

— Свои исследования я начал в 2004 году с собственной родословной, с поиска своих корней. За три года дошел до десятого колена и выяснил, что мои предки прибыли на Амур из Самарской губернии. Они были молоканами. Процесс генеалогического поиска меня затянул, и я стал заниматься сведениями о молоканах Амурской области. На эти поиски ушло еще три года, — рассказывает Сергей Вадимович. — В частности, я нашел сведениях о Косицыных и Кондрашовых. Некоторые представители этих семей сначала эмигрировали в Китай, а затем в другие страны. И с тех пор я стал собирать информацию про наших амурских эмигрантов. В интернете нашел потомков амурчан, которые теперь живут в США, Австралии и Бразилии.

Переписка благовещенца с родными тех, кто когда-то жил на амурской земле, иногда длилась по нескольку лет. Краевед работал с архивом Бюро по делам российских эмигрантов в Маньчжурской империи, созданным в 1934 году японцами. Просматривал регистрационные карточки русских эмигрантов, проживающих в Шанхае в 1938—1945 годах, уехавших через Китай в Бразилию. Анализировал данные о жителях Харбина 1920-х. Архивы России и зарубежья, личные контакты автора и редакторов-составителей издания с родными тех, бежал с родины столетие назад, семейные архивы потомков амурцев-эмигрантов, справочники, энциклопедии, книги памяти — все это в итоге позволило собрать уникальный материал. За годы своей исследовательской деятельности амурский краевед накопил несколько десятков папок, содержащих переписку с родными и близкими эмигрантов.

— Работа над книгой длилась более года. Рукопись автора выдержала шесть редакторских правок — данные по каждой фамилии дополнялись, уточнялись. Амурцы-эмигранты, о которых идет речь в биографо-энциклопедическом справочнике, — это не только урожденные амурчане, но и те, кто работал, служил и жил в Приамурье разные годы, —поясняет редактор-составитель издания, кандидат философских наук Татьяна Телюк.

2 049 фамилий, 11 тысяч имен

Алексеевы, Архиповы, Бабинцевы, Вертопраховы, Вобликовы, Гридневы, Громылины, Доенины, Дружины, Ельцовы, Егоровы, Жариковы, Журавлевы, Землянские, Очередины, Пакуловы, Пушкаревы, Рагозины, Родзаевские, Саяпины, Семеровы, Теплоуховы, Топазы, Ушаковы, Федорищевы, Хворовы, Цветковы, Чепурины, Чупровы — всего в алфавитном перечне 2 049 фамилий наших земляков. За каждой — имена потомков в третьем, четвертом поколении. Это порядка 11 тысяч имен. Многие семьи благодаря книге обрели свои корни, узнали имена тех, о ком родные молчали или не имели сведений. Например, теперь в родословном древе Вертопраховых — 86 имен, Пушкаревых — 79, Лядовых — 52, Топазов — 46.

Судьбы большинства эмигрантов были трагичными, они оказались вычеркнуты из истории Приамурья.

Благодаря сведениям, которые по крупице собирал Сергей Емельянов, открылись подробности из жизни многих русских изгнанников. Кто-то, уехав за рубеж, под конец жизни остался «с одним чемоданчиком», кто-то умер одиноким, чей-то род прервался, у кого-то остались и разъехались по миру многочисленные потомки. Русские люди признавались автору книги в том, что за годы, проведенные вдали от родной страны, привыкли «думать на английском», «боялись ареста и КГБ». Одни искали сведения о близких, оставшихся в России, интересовались своими предками. Другие, напротив, не хотели ворошить прошлое и вспоминать о трагедии семьи.

— Дальневосточная эмигрантская ветвь — тема еще недостаточно изученная, особенно на персонифицированном уровне, — отмечает Татьяна Телюк. — Судьбы большинства эмигрантов были трагичными, они оказались вычеркнуты из истории Приамурья.

В издании также широко используются материалы периодической печати первой трети минувшего столетия. В первую очередь исследователями изучались эмигрантские газеты и журналы, содержащие немало любопытных биографических сведений о бывших амурчанах. Издание содержит свыше 500 документов и фотографий из семейных архивов, абсолютное большинство которых ранее не публиковалось. Информацию для нового издания предоставили почти 60 человек, среди которых — потомки эмигрантов, родоведы, краеведы-исследователи из Благовещенска, Санкт-Петербурга, Москвы, Новосибирска, Томска, Владивостока, Хабаровска, Иркутска, Красноярска, Екатеринбурга, а также из Австралии, США, Бразилии, Украины, Латвии и других стран.

Возрастная категория материалов: 18+