Региональная общественно-политическая газета
Свежий выпуск: №39 (28929) от 8 октября 2020 года
Издается с 24 февраля 1918 года
20 октября 2020,
вторник

«Китайцы удивились: русский и водку не пьет!»: история амурского пулеметчика Дмитрия Сиянова

Долгожитель из Сергеевки в августе 1945-го освобождал Китай от японцев

Люди

В пограничной Сергеевке жило раньше 132 ветерана Великой Отечественной, из них 9 человек — инвалиды войны. Сегодня Дмитрий Матвеевич Сиянов остался единственным непосредственным свидетелем тех событий. Во время службы в армии в августе 1945-го он освобождал Китай от японцев, участвовал в наступательной стратегической Маньчжурской операции. «Жаль, что медали отцовские почти все растеряли, когда еще мальчишками несмышлеными были», — сожалеет сын ветерана Константин. Он встречал нас у калитки крепкого старинного дома: возведенного на высоком берегу Амура еще его дедом в конце XIX века, а потом разобранного по бревнышку и заново отстроенного на новом фундаменте отцом Дмитрием Сияновым после страшного наводнения 1958 года. В этой семье умеют чтить традиции и хранить память о предках. 

  • Фото: Андрей Ильинский
  • Фото: Андрей Ильинский
  • Фото: Андрей Ильинский
  • Фото: Андрей Ильинский
  • Фото: Андрей Ильинский
  • Фото: Андрей Ильинский

«Жду вас 19 апреля на свое 96-летие» 

— Осторожно идите, во дворе еще лед не растаял. У нас здесь всегда на 3—4 градуса холоднее, чем в городе, — сын ветерана заботливо приоткрыл калитку, приглашая пройти в дом, где живет вместе с отцом. — Боюсь отца одного оставлять. Последнее время у него давление нестабильное. А после того как вы позвонили и сказали, что приедете, давление еще больше «скачет». Вчера уже думал скорую ему вызывать. Видимо, это от волнения. Все переживал: «Что рассказать, да чем угощать корреспондентов «Амурской правды» будем?» 

Честно говоря, я уже и сама переживать за здоровье ветерана стала. Думала: сейчас зайдем, дедушка лежит без сил на кровати, а мне еще его расспрашивать надо, бередить душу воспоминаниями. Открываю дверь и удивляюсь: вот он тут как тут. Дмитрий Матвеевич — крепкий, статный, встречает нас с улыбкой: «Проходите, гости дорогие!» И обниматься начинает: никакой коронавирус его не страшит. 

Сразу оговорюсь: в Сергеевке мы побывали еще накануне официально объявленной нерабочей недели. Так что ветерана приобняли и вручили ему презенты от АП — календарь и подушечку, чтобы сидеть удобно было — на память о нашей встрече. 

— Родился я здесь в Сергеевке в 1924 году. 19 апреля день рождения — 96 лет исполнится. Если доживу, жду вас ко мне в гости, — улыбался Дмитрий Матвеевич, присаживаясь за стол. — Сын спрашивает: «Отец, поищи фото военных лет для журналистов. Я говорю: даже не мечтай. В армии жили в палатках и землянках, какие там фотографы… 

И все же перед нами появились два семейных альбома, где мы обнаружили такие фотораритеты, которым просто цены нет. 

Его предки основали Сергеевку 

— Вся Сергеевка состоит из молокан, а я один из их потомков, — вспомнил историю своего рода Дмитрий Матвеевич. — Мои бабушки и дедушки переселились сюда в 1864 году из сибирского Минусинска. Тогда были притеснения из-за веры. Их сначала в Сибирь выселили, а потом уже выдворили оттуда на Дальний Восток. Казна ни в чем не помогала, кроме того, что лишь выдали открытое предписание для свободного проезда на перевозах. 

По словам ветерана, все это он узнал от отца, а тому рассказывал дедушка, как они ехали на Дальний Восток из Сибири полтора года на своих собственных лошадях. Добрались до Сретенска, а оттуда на плотах приплыли в Благовещенск. Поставили землянки там, где была пристань. Пожили лето, а к осени перебрались сюда. 

— Тогда еще не было никакой Сергеевки. Переселенцы копали землянки и селились во-о-он там вдоль сопки, — махнул старший Сиянов в противоположную от Амура сторону. — Потом уже постепенно стали строить дома и переходить ближе к реке. С тех пор спокойный уклад жизни периодически прерывается тревогой и ожиданием наводнений. Самое большое и страшное было в 1958 году. Стариков всех увезли вместе с ребятишками, они на сопке жили в палатках. В селе только молодежь оставалась. Мне тогда 34 года было, молодой, здоровый, главный бухгалтер совхоза. Из-за большой воды мы две недели работать не могли. Помню, возьму во дворе лодку, доплыву до конторы, в окошко гляну: не замочило ли бумаги, и быстро назад. Наш дом не шибко затопило, можно было внутри ходить. А ночевать уже с женой перебирались в сарай, там повыше было. Когда вода ушла, мы дом по бревнышку разобрали, просушили. Я новый фундамент поставил. И вот до сих пор стоит! 

Семь армейских лет: от пулеметчика до киномеханика 

1945 год. С другом Петей Захваткиным — вместе служили в отдельной роте автоцистерн.

Из фотографий времен Великой Отечественной у Дмитрия Сиянова сохранились только два снимка. На одном они запечатлены с другом Петей Захваткиным — вместе служили в отдельной роте автоцистерн. Было это весной 1945 года, еще до начала Маньчжурской наступательной операции. 

— Когда войну объявили, мне было 17 лет. Студент — всего год проучился в Благовещенске в горном техникуме, приехал домой на каникулы. Обыкновенное утро, тихое, а к четырем часам ближе передают по радио о нападении Германии, — вздохнул ветеран, погружаясь в воспоминания военных лет. — Пошел всеобщий призыв в армию. Всех самых работящих мужиков сразу же забрали, а надо было кому-то пахать, сеять. При МТС открылись скоротечные курсы трактористов, механиков, 15—17-леток стали учить. Сестра на два года младше меня, а тоже за штурвал села, потом всю войну работала на тракторе. Я вернулся в город, год еще проучился в техникуме, и 26 августа 1942-го в армию призвали. Служить мне пришлось аж семь лет. Кем только за это время ни был: и пулеметчиком, и регулировщиком, и заправщиком автоцистерн, и киномехаником... 

«Свою задачу мы выполняли четко: хлебом полевые кухни бесперебойно снабжали».

На Западный фронт сергеевский молоканин не попал — отправили в запасной 158-й стрелковый полк, который дислоцировался на станции Мучная в Хабаровском крае. Служил стрелком пулеметной бригады. Однажды после утренней переклички командир говорит: «Сиянов, останьтесь. Получите продовольствие на два дня и — на поезд». С бригады таких же солдат два вагона набралось — 120 человек. Везут, а куда — никто ничего не знает. Сначала до Хабаровска, потом в сторону Комсомольска. Оказались на военном заводе. Месяца три там работали, кто в минном цехе, а наш земляк обыкновенные гранаты Ф-1 заряжал, засыпал взрывчатку. 

Все эти «гостинцы для фашистов» отправляли на фронт. До 1945 года на военных заводах произвели для Западного фронта больше 12 тысяч минометов, 24 миллиона мин к ним и свыше 13 миллионов гранат. 

«Готовились усиленно к борьбе на два фронта»

Вернулся рядовой Сиянов уже не в свою часть, а по разнарядке в 62-ю отдельную дорожную эксплуатационную бригаду, которая обслуживала 35-ю армию. Продолжил службу на посту регулировочном километрах в двадцати от станции Губерово уже в Приморье. Жили в землянке втроем: сержант и два солдата. Круглосуточно регулировали движение и пост охраняли, чтобы не было диверсий. 

96

лет исполнится

 сергеевскому 

долгожителю 

19 апреля

— Что нас держало здесь на Дальнем Востоке? Это Квантунская армия, в которой больше миллиона солдат насчитывалось. Все это вдоль нашей границы с Китаем почти на три тысячи километров от Владивостока до Монголии. У нас вот Амур, а там Уссури-река. И по ту сторону такая мощь! — в голосе рассказчика появилась металлическая твердость, а руки сжались в кулаки. — Чтобы сохранить боеготовность, постоянно шли учения. Тревога, сбор и на 10 дней к границе, потом часть возвращается. Усиленно готовились к борьбе на два фронта. Если бы враг напал, отсек железную дорогу из Владивостока в Москву, то было бы очень худо. Потому что вся помощь с Дальнего Востока на запад шла по этой дороге — снаряды, вооружение, техника. Поезда шли ежеминутно: один проходит — второй идет. Помню, всего за одну ночь организовалась 265-я отдельная рота автоцистерн (ОРАЦ), и я туда попал в июне 1943 года. В нашей части было только два взвода — один в Бейцухе, другой возле Имана, всего 60 человек состава и 30 бензовозов. Рядом с железной дорогой находились армейские склады ГСМ, надо было их охранять. День мы несли службу в карауле, а второй день строили себе казармы, в них потом и зимовали. И так служил до 1945 года.  

Хлеб для фронта 

— Зимой 1945-го вызывает меня командир: «Сиянов, пойдешь учиться?» — «Куда?» — «Пришла разнарядка киномеханика». Я подумал: «Зачем мне это надо? Наши уже штурмуют Германию, скоро домой». А командир: «О доме даже не думай! Кончится война, стариков распустят, а вы все еще года два будете служить. Иди учись, будет потом на гражданке профессия». Я согласился. День Победы встретил на курсах в Бикине, — Дмитрий Матвеевич улыбнулся и задумался, что-то припоминая. — А потом меня в новую часть направили — 716-й ПВХ, то есть полевой механизированный хлебозавод, проще — армейская пекарня. Сначала работал киномехаником, а потом пришла команда: сдать аппаратуру. 

Солдатам никто ничего не объяснял, но все понимали: война вот-вот начнется. Видели, что стягивают военные силы, 5-я армия с запада на Дальний Восток переселилась. 

«Японцы вели себя агрессивно. Только за один 1942 год с их стороны было свыше 500 диверсионных вылазок и переходов сухопутной границы СССР. Поэтому готовили нас усиленно», — вспоминает ветеран. 

— Мы стояли в Шмаковке, когда с 8 на 9 августа первыми к границе пошли танки. И мы тоже двинулись — стали огибать на машинах озеро Ханка. Потому что техника, которая пошла первой, вся увязла на китайской стороне. Поэтому нас уже пустили в обход. На китайской стороне огнем нас никто не встречал: советские танки и пехота уже прошли первым эшелоном, врезались далеко в китайскую территорию и рассекли фронт. Много японцев взяли в плен. Наша задача была — снабжать армию продовольствием, в основном хлебом. Я больше работал на передвижной электростанции. Заводишь движок и дежуришь, чтобы ток поступал на пекарню. 

 Свою задачу боец Сиянов выполнял четко: сбоев в работе армейской пекарни не случалось. Полевые кухни снабжались свежим хлебом регулярно, подкрепляя воюющих красноармейцев. 

«Дошли до Харбина»

— Общаться с местным населением красноармейцам не разрешали. Перед тем как переходить границу, была проведена серьезная политподготовка: «Мы идем спасать китайцев, освобождать от гнета японцев. Чтобы никакого мародерства!» Строго было. Политрук части прямо сказал: «Если увижу, что-то возьмете у местного населения или кого-то обидите, расстреляю на месте!» Не было таких случаев. Да и какой интерес нам был кого-то обижать?! Нищета населения нас поразила: в фанзах — вкопанный стол, печь и нары — больше ничего! 

Ветеран вспомнил случай, как однажды советским солдатам пришлось усмирять «солевой бунт». Поехали в город Цзинань и на окраине увидели толпу что-то громко орущих китайцев. Остановились. Один местный житель на ломаном русском объяснил, мол, время настало овощи и фрукты заготавливать — август же был, соль крестьянам нужна, а хозяин сбежал. Лавка закрыта, на дверях замки. 

«Мы ехали, а китайцы бросали нашим воинам сигареты в машины».

— Сержант у нас был старшим. Велел шоферу притащить монтировку. Сам выдернул замок, поставил китайца и говорит: «Вот ведерко тебе. Всем насыпай вот по столько, только ничего не растаскивайте. Сколько соль стоит, деньги потом соберете и отдадите хозяину». Китайцы успокоились. Никакого мародерства там не было. Наши солдаты вели себя очень прилично. Так дошли до самого Харбина. Китайцы нас с радостью встречали. Приветствовали: «Шаньго, русский! Шаньго!» Это что-то типа нашего «Ура!» Мы ехали, а они бросали нашим воинам сигареты в машины. 

После того как встретил в Маньчжурии победу, Дмитрий Сиянов прослужил еще два года. Демобилизовали только 10 апреля 1947 года. Киномехаником работать не пришлось. Техникум горный тоже не окончил. Надо было семье помогать. Пошел работать в Верхне-Амурскую МТС — взяли в контору учеником. После курсов уже в 24 года стал там же главным бухгалтером, а когда МТС реорганизовалась в совхоз «Сергеевский», до самой пенсии был главным финансистом крупного хозяйства. Увлекся пчеловодством. И даже сегодня, в свои без пяти минут 96 лет, он помогает сыну заниматься с пчелами. «Это мне тоже жизнь продляет», — улыбается ветеран. 

«Как мы колодец искали, а ханжу нашли» 

— На китайской стороне надо было воду питьевую найти. Командир части говорит: «Бери солдата, пройдите по дворам и поищите хороший колодец», — вспомнил случай Дмитрий Сиянов. — Пошли мы вместе с бойцом Ефименко. Видим «журавель» в одном дворе. Заходим в фанзу — пятеро китайцев гужуют, ханжу пьют. Самогон из гаоляна гнали, такой вонючий. За пять метров почувствуешь запах. Один китаец мал-мало по-русски изъяснялся: «Чито товалису ната? Вот друга 50 лет». Поздравляют, значит. А они там как пьют: рюмочку нальют и по кругу ее пускают — один маленький глоток сделал, передал другому, а последний допивает. Китаец наливает мне. А я не то что ханжу эту вонючую, даже если бы мне саке или вино хорошее предложили все равно бы отказался. Боже упаси! Вообще никакое спиртное даже не пробовал. Китайцы удивились: русский и водку не пьет. Я показываю: «Вон другу дай». А рядовой Ефименко здоровый такой был, говорит ему: «Что ты мне даешь?!» Стоит кружка. Он берет ее и китайцу: «Лей, лей, что ты боишься!» Китаец осторожно так наполнил ее до краев ханжой. Ефименко хлоп залпом. Китайцы так со смеху и покатились.

«Не курили, не пили водку и много трудились — вот секрет нашего долгожительства» 

На стене в деревянных некрашеных рамках бесценные семейные фото, пережившие три эпохи — от царизма и социализма до современного капитализма. 

— Вот сидит с шашкой отец мой Матвей Ионович Сиянов. Он в составе казачьей дивизии воевал в Первую мировую. Георгиевский кавалер, участвовал в Брусиловском прорыве в 1916 году, — показал ветеран один из самых дорогих для него снимков. — А здесь я с сестрами, мне три года. Я был четвертый в семье. Всего нас было шестеро — сейчас остался я один. Недавно младшая сестра умерла в Благовещенске, ей было 92 года. Я по годам всех сестер и братьев пережил. 

На вопрос, в чем секрет такого долгожительства, Дмитрий Матвеевич развел руками: 

— Жили мы не богато, но и не скудно. Родители нас не баловали: огороды большие сажали и обрабатывали. И своих детей в труде воспитывал. В три часа ночи поднимал и — пешком за озеро сено руками косили. Хотя я работал главным бухгалтером огромного совхоза. Две коровы было, мясо, молоко, масло, сметана, сыр — все свое. Свой хлеб два раза в неделю пекли. Только когда Хрущев пришел к власти и запретили продавать мешками муку, только тогда хлеб покупной стали есть. И главное — мы никогда не курили и спиртного вообще не употребляли. Даже на похоронах водкой никогда не поминали. Дедушки и отцы не пили по молоканской вере, а мы — потому что так воспитаны были. 

— И что, водку даже не пробовали?! 

 — Пробовал немножко, — засмеялся ветеран. — Если гулянка, то рюмочку наливал. Но это уже после женитьбы, когда у самого дети были. Последние лет пятнадцать — даже ни грамма.

Путевка в «Артек» юному гармонисту 

1938 год. Репрессии. А молоканского потомка в «Артек» отправили! Покорил сердце проверяющих инспекторов своей игрой на гармошке. 

— Я был в пятом классе. В Сергеевку приехала инспекторская проверка из обкома — школы проверяли. У нас очень хорошо была поставлена художественная самодеятельность, а я на гармошке играл, — вспоминает пионерское детство Дмитрий Сиянов. — Тогда инспектор Чебаненко, до сих пор помню фамилию, сказала директору: «Как мне придут три путевки в «Артек» на этот год, одну вам пришлю — отдадите Сиянову». Сейчас там много ребят отдыхает, а тогда было только два лагеря по 250 человек — верхний и нижний, я был в верхнем. Помню, там поговорка была: у «Артека» на носу приютился Сулуксу». Это название лагеря по-испански. Там революция была, и всех детей, чьи родственники ушли на фронт или погибли, привозили к нам в «Артек». Снимкам уже 82 года. На одном мы в ялтинском музее — наградили за первое место в конкурсе самодеятельности. А на втором — здание в «Артеке», где мы жили. Там висел портрет Сталина. 

Возрастная категория материалов: 18+

Добавить комментарий

Забыли?
(Ctrl + Enter)
Регистрация на сайте «Амурской правды» не является обязательной.

Она позволяет зарезервировать имя и сэкономить время на его ввод при последующем комментировании материалов сайта.
Для восстановления пароля введите имя или адрес электронной почты.
Закрыть
Добавить комментарий

Комментарии

Комментариев пока не было, оставите первый?
Комментариев пока не было
Комментариев пока не было

Материалы по теме

Неизлечимо больная женщина перед смертью написала поэму для амурского конкурса о войнеНеизлечимо больная женщина перед смертью написала поэму для амурского конкурса о войне
Амурчанка о боевых действиях в Маньчжурии: «И как мы, семиклас­сницы, таскали раненых солдат?!».Амурчанка о боевых действиях в Маньчжурии: «И как мы, семиклас­сницы, таскали раненых солдат?!».
По поручению губернатора Василия Орлова 56 ветеранов Свободного будут жить в обновленных квартирах
Василий Орлов: «В Октябрьском районе у памятника погибшим в Великую Отечественную появились лавочки»
Аля уполномочена сообщить: в Приамурье телеграмму о начале войны приняла 19-летняя телеграфистка
Ветеранам Серышевского района сделали ремонты в домах и квартирах
Ветеранам войны в Свободненском районе отремонтируют жилье
Более 400 ветеранов Великой Отечественной войны получат средства на ремонт жилья
Песня для Клары: благовещенский двор спел военные хиты для радистки
Бессмертная Вера: летопись войны в воспоминаниях фронтовой медсестры, дошедшей до Берлина
Ветеран Павел Горемыкин: «Хотели получить Сталинград? Так получайте, фрицы!»

Фото: Андрей ИльинскийФото: Андрей ИльинскийФото: Андрей ИльинскийФото: Андрей ИльинскийФото: Андрей ИльинскийФото: Андрей ИльинскийФото: Андрей ИльинскийФото: Андрей Ильинский
Фото: Андрей ИльинскийФото: Андрей ИльинскийФото: Андрей ИльинскийФото: Андрей Ильинский

Фото: Андрей Ильинский

Василий Орлов предупредил бизнес о штрафах за несоблюдение санитарных правил в пандемиюКоронавирус
Дурно пахнет: жители Зеи требуют закрыть расположенный рядом с многоэтажками свинарникПроисшествия
Личного приема не будет: амурские ведомства переходят на дистанционный режимВласть
Благовещенск в лидерах: 67 новых случаев коронавирусной инфекции зафиксировано в ПриамурьеКоронавирус
Амурский минздрав заключил госконтракт на поставку лекарств для лечащих коронавирус домаКоронавирус
Благовещенец накопил долг в 1,2 миллиона на содержание своих детейПроисшествия

Читать все новости

Люди

«Жизнь налаживается!»: бас-гитарист Uma2rman Сергей Кристовский о группе, своем альбоме и семье «Жизнь налаживается!»: бас-гитарист Uma2rman Сергей Кристовский о группе, своем альбоме и семье
Игорь Гордин: «Если актер доволен собой, ему надо заканчивать с этой профессией»
Букет гвоздик от Ларисы Савицкой: амурские экстремалы установили на месте авиакатастрофы памятник
«Игрушка рождается сама»: архитектор из Новокиевского Увала валяет теплые фигурки из шерсти
Сына наркозависимой амурчанки и военного из Африки передали в дом ребенка до решения суда
Система Orphus