Региональная общественно-политическая газета
Свежий выпуск: №36 (28978) от 16 сентября 2021 года
Издается с 24 февраля 1918 года
22 сентября 2021,
среда

«Не хороните меня живой…»

«Не хороните меня живой…» / «Тоня» из картины «Москва слезам не верит» развозила пассажиров в такси. Актриса из оскароносного фильма называет себя звездой в телогрейке. Ее откровенный монолог — о славе и жизни впроголодь, о мужьях и коллегах, о первом «разврате» и десятилетиях одиночества.


«Тоня» из картины «Москва слезам не верит» развозила пассажиров в такси. Актриса из оскароносного фильма называет себя звездой в телогрейке. Ее откровенный монолог — о славе и жизни впроголодь, о мужьях и коллегах, о первом «разврате» и десятилетиях одиночества.

Детство без сладостей

Мое детство — это мама. Грозная и, как я теперь понимаю, бесконечно справедливая. Трудно ей со мной было, потому что растила она меня одна. Рвалась на куски, а толку было немного.

Помню, мама работала на стройке, жили мы в проходной комнатенке коммунальной квартиры. Никакого папы у меня и в помине не было. Был один какой-то, из серии «назови "папа", скажи "папа"». А у меня как будто все слиплось внутри, не могла произнести это слово…

 Раиса Рязанова в детстве. Источник: uznayvse.ru

Потом уже, под страхом смертной казни… выдавила из себя «па-па»… «Ну вот, тяжело, что ли?» — спросила меня мама. Им вроде как приятно было. А мы вроде как родня, семья. Вот это единственное я помню. А потом, понятно, они разошлись.

А так, она, мама моя, все время, что называется, и лошадь, и бык, и баба, и мужик. Еще с нами жила мамина сестра, больная туберкулезом. Мама и ее жалеть хотела, и меня, а мы с ней оказались разных характеров.

Нет, сладостей детства я совсем не помню.

Потом мама устроилась посудомойкой в вагоне-ресторане, уезжала на две недели. Мне было лет двенадцать-тринадцать, и была у меня воля-вольная…

Мы жили около клуба, ко мне приходили девчонки, снимали пальто, переодевались и шли в клуб на танцы. Вроде они как только вышли из клуба, а теперь входят раздетые, чтобы без билетов прошмыгнуть. А я сидела дома и все их барахло караулила. На танцы не ходила. Почему? Мама не велела!

Еще мама мне однажды всучила баян. Купила, он стоил больших денег. Она мне сказала категоричным тоном «Будешь играть!» Я его ненавидела страшно, но учила, вечерами пиликала эти вечные «унца, унца, ун-ца-ца…» А девки там, на танцах. Я дома с баяном…

Мама приезжала, снимала обувь, вытягивала ноги опухшие. «Ну, играй». И я через пень-колоду пиликала ей что Бог на душу положил.

Музыкальная школа? Боже сохрани! За нее надо было платить, а копейки лишней отродясь не было. Не то что рубля. Копейки!

 Раиса Рязанова на сцене с баяном. Источник: uznayvse.ru

Мое святое искусство начиналось в хоре Дворца пионеров. У девочки был слух, и я была солистка. Потом наш баянист засобирался уходить на другую работу, предложил Раечке вступить в его вновь организованный кружок баянистов. Я дома маме об этом ляпнула, не подумавши. А мама моя из деревни. А кто в деревне первый парень? Правильно, гармонист. Сытый, пьяный, нос в табаке. И девки вокруг него. И вот так было велено стать мне баянисткой, чтобы в жизни не пропасть.

Поступила Рая учиться в Рязанское музыкально-педагогическое училище, там родственники жили, было у кого перекантоваться. Нот не знала вообще! А почему поступила? Всему виной оказался слух. У меня был хороший музыкальный слух. Но зажата я была страшно, закомплексована до немоты, слез выплакала несколько речек. Но домой возвращаться было нельзя. Мать бы никогда этого не поняла.

Спасибо, я сыта

На втором курсе мне пришлось оплачивать угол, десять рублей в месяц, а стипендия была 14 рубликов. Учеников брала и за десятку в месяц их, бестолковых, учила. Никогда не забуду, как в одном доме после занятий меня кормили. Помню, однажды дали такое вкусное картофельное пюре, что я даже тарелку вылизала. Мать ученика, увидев это, спрашивает меня: «Раечка, а может еще вам картошечки положить?» — «Нет, — говорю, — спасибо, сыта». А сама думаю, я бы сейчас всю кастрюлю этой картошки умолотила…

 Раиса Рязанова в молодости. Источник: uznayvse.ru/znamenitosti

Но баян так и не стал моим призванием, я его невзлюбила. Мать, когда узнала об этом, била меня, просто неистовствовала.

У меня на нее никакой обиды не осталось. Она, бедненькая, срывалась на меня от беспомощности, от безысходности.

Все потому, что словесных аргументов нет, полтора класса церковно-приходской школы. Даже не два, потому что бабка сорвала ее из школы.

Печалилась ли я от того, что у меня не было отца? Нет! Я, грешница, думала, что, если бы еще и отец был такой, они бы меня за Можайск загнали.

Мама была немножечко самодурка, потому что неграмотная. Но она меня любила, по-своему, но любила.

Помню, украли у меня велосипед, мать разозлилась и поставила меня на колени, я на коленях и уснула. А проснулась у матери под боком, тепло, одеялом накрыта, мама дышит, теплая. И так мне хорошо от этого.  

Иногда мне ее и сегодня не хватает. Особенно, когда я дачу купила. Думаю: «Эх, как жаль, что мамы нет. Привезла бы я ее, она бы мне хоть поуказывала». Я же за всеми советами бегаю к соседям, а так бы мама мне подсказала, что сажать и как сажать.

Вместе с моей строгой матерью из жизни ушла дисциплина. Я же часто на нее оглядывалась. Часто думаю: вот это бы маме не понравилось, вот за это она бы мне задала трепку.

Природу не перешибешь

Почему девочка с такой простецкой жизнью и отвращением к баяну пошла в артистки? Сама не знаю! Наверное, природа. Природа, которую не перешибешь. Учиться мне было очень легко. Я даже не понимала, что это учеба.

  Раиса Рязанова в фильме «Гуля Королева». Источник: uznayvse.ru

Потому что какие-то этюды я играла. Чему я в это время училась, не понимала.

Я до сих пор не знаю, что такое система Станиславского.

Мы читали какие-то книжки. Даже до поступления я прочла его книгу «Моя жизнь в искусстве», и единственное слово, которое я оттуда помню — «не верю». И оно было написано — «не в-е-р-ю». Станиславский кричал: «Не верю!» Все остальное не помню.

Я не знаю, как по системе играть, если у тебя душа такая. Вдруг она в эту систему не влезает. Я не понимаю. Наверное, это плохо. Наверное, это стыдно. Наверное, профессиональная артистка не имеет права такого говорить. Я вроде как считаюсь профессиональной. Но играю, как Бог на душу положит. И как-то странно — все время совпадает.

Конечно, у режиссеров спрашиваешь, что вы хотите, как? Объясняют, играю. Совпадает. Где краски для ролей беру? Мама, бабушка. Поскольку я не играю цариц, королев. Играю теток, на которых Россия и держится. Мои героини все в платках, в валенках с галошами. Они в варежках, у которых один палец торчит в сторону. Лопату в руки, дите под мышку и — вперед.

Что еще со мной в кадре бывает? Горшки, кастрюли и сковородки. А это все я прожила, знаю, как с этим управляться. Это все — часть моей жизни.

 Сцена из спектакля «Авантюристы поневоле». Источник: artseason.ru

Я до сих пор знаю, как чугунок ухватить. Видела, как бабка это делала. Когда она ждала гостей, пекла каравайцы. Это такие тоненькие-тоненькие блины.

 Когда приходили гости, ели Матренины вкусности. Нахваливали: «Ой, Матрена, да как же ты их делаешь?» Сидит, млеет, такая необъемная, довольная-предовольная. Вот это все во мне и сидит. Все это я не то что сыграть — прожить смогу без репетиций и дублей.

«Рай, давай займемся развратом...»

Почему я замуж рано выскочила?

 С мужем Юрием Перовым и сыном Данилой. Источник: starhit.ru

Он пришел к нам на второй курс. Красивый, из армии, в морской форме. Помню, на нем брюки сидели как на манекене. Стрелка стояла, он их, видимо, дома еще подглаживал. Он был вроде как студент, а вот уже не студент, он уже из армии. У него, видимо, девки были где-то, все попробовал. И он готовый к любви пришел. У нас были ребята-герои, но один — из Коми АССР — герой, Саша Трибельгорн, двух слов связать не мог, но пел, как бог. Другой, Миша Шевердин, за мной ухлестывал, он мне по пояс был. А тут такой мужик появился, и девки к нему горохом покатили: Юрочка, тебе это, ой, Юрочка, давай тебе то.

А он на меня внимание обратил, как-то говорит: «Рай, пойдем ко мне домой». Я, не раздумывая, и согласилась. А он мне по дороге заявляет, что сейчас развратом, мол, и займемся.

Ну, думаю, попала я, изнахратит он меня, дуру. Он ушел из комнаты, и нет его, сижу ни жива ни мертва, трясусь вся. Думаю, пошел штаны снимать…

Он через 10 минут приходит одетый, поднос пластмассовый в руках, на подносе кофе и разные стаканы стоят. Лежит красная пачка «Примы» и коробок спичек. Налил и говорит: «Давай по сигаретке покурим». Вот так я и закурила с перепугу. Это был наш первый разврат. Потом были и другие. Все они происходили в кромешной тьме, под мое шипение: «Юрка, отвернись, не смотри на меня»… Вот такие мы были.

Почему я разошлась со своим мужем-красавцем?

На третьем курсе меня приглашают в кино, я только родила, кормящая мать. По роли нужна мать кормящая, и меня утверждают на роль. Уехали в экспедицию в Нижний Новгород. И там я влюбилась в режиссера. Да как влюбилась! Когда на площадке его не было в поле зрения, у меня внутри как будто война начиналась. Я думаю, и у него была такая же ситуация. И когда меня отпустили в Москву, я мужу все честно рассказала.

 Первые шаги сын актрисы сделал на съемках фильма «День и вся жизнь». Источник: ru.kinorium.com

Я не могла предать свои чувства, себя, его. Не могла спать с двумя мужиками. Муж мне говорит: «Ты подумай». Я сказала: «Хорошо, я подумаю». И два года мы с ним прожили. А потом сказала: «Давай разводиться». А разводиться куда? Тот предложения не сделал. Куда одна, и кто я в этой коммунальной квартире? Но разошлась и не пожалела об этом ни минуты. Понимаешь, я перед собой была чиста.

Мой бывший муж женился только через десять лет после нашего развода, познакомил меня со своей новой женой, с которой мы стали потом лучшими подругами. И мы продолжали дружить, когда Юрка помер. Я на дачу к ним с внуком в гости ездила. Это же жизнь! А в ней чего только не бывает.

«Москва» простая, как ситец

Благодарна ли я Владимиру Меньшову за свою роль в картине «Москва слезам не верит?» Да, конечно. Я даже не знаю, все ли так благодарны, когда так выстреливает? Как правило, стреляет одна картина или не стреляет…

 Кадр из фильма «Москва слезам не верит», Раиса Рязанова в роли Антонины Буяновой. Источник: kino-teatr.ru

Мне нравилось работать в этой картине, сама история очень симпатичная. Она простая как ситец — про всех нас и про каждого в отдельности… Когда я читаю интервью артисток, которых не утвердили на эту картину, всегда улыбаюсь, когда они говорят, что им не понравился сценарий «Москвы». Дескать, банальная история. Да вся наша жизнь — по сути, банальная история. Честно скажу, до сих пор не понимаю, почему меня Меньшов утвердил на эту роль?

Недавно наткнулась на его характеристику про меня. Ой, какие слова, как он пишет. Он давно это написал. Я подумала: если ты даже наполовину был искренним в той характеристике, то уже хорошо. Злой, безразличный человек не может так писать, не найдет таких слов. Мне было приятно.

Что я себе купила на Госпремию СССР? Мне досталось двести рублей. Ну что я могла на них купить? Не помню уже. Когда случился «Оскар» и картина пошла в народ, меня по-прежнему никто не узнавал в магазине.

Верите, я была страшно счастлива от этого. У меня не актерская природа, я не самовлюбленный нарцисс. Когда я вижу, что ко мне кто-то идет, у меня тут же дела какие-то. Стараюсь улизнуть…

Но не скрою, бывают приятные моменты. Вон вчера после спектакля подходит ко мне женщина с букетом цветов и говорит: «Это вам». А рядом Лидия Федосеева-Шукшина сидит. Мне так неловко стало, что мне дарят, а ей нет.

Совсем недавно я выхожу открывать ворота, подходит тетя и говорит: «А вы здесь живете?» — «Да». — «А я здесь. Вы моя самая любимая актриса. Как я рада». У нее катятся слезы. Она говорит: «Это нервы, стресс. Я не ожидала. Это от радости». Она плачет: «Извините меня за истерику, я не могу удержаться. Можно я вас потрогаю?» Когда так реагируют взрослые люди, это стоит очень дорогого… Или когда подходит маленький: «Тетя, я вас люблю». Я говорю: «За что?» — «А вы похожи на мою маму».

«Обошли меня стороной…»

Про меня профессиональные критики не пишут. Меня обходят стороной. Меня вроде как не и существует. Я не читала на себя критику никогда. Меня можно обозвать. Знаете, на что я все списываю? Я не играю Офелию, не играю Марию Стюарт. Меня не за что критиковать.

Я играю простую судьбу в телогрейке. Вот тут ты не суйся, тут ты мне ничего не подскажешь, не научишь, и не надо меня трогать. Лучше меня это никто не сделает.

Потому что у меня мама, бабка, село Бычки, что на Рязанщине. Я из всего этого соткана. Мне уже много лет, меня уже поздно чему-то учить. Да, 76 лет, я никогда не скрывала свой возраст. Глупо все это скрывать, стесняться. Молодиться смешно. Что есть, то твое.

 Ирина Муравьева, Раиса Рязанова, Владимир Меньшов и Вера Алентова. Источник: uznayvse.ru

Вы говорите, что судьба моей Тони в картине «Москва слезам не верит» самая незаметная. Соглашусь. Понимаешь, судьба директора интереснее, чем судьба малярши. Судьба Людки интереснее, чем моя судьба. Она вся из себя фифочка, и муж у нее хоккеист.

И когда Вера говорит, что она объездила весь мир, понимаю: ради бога, она главная героиня. Но хоть немножечко куда-то можно было и меня, Раю из Рязани позвать. Мне было немножко неприятно. Но не больше.

А моя героиня? Муж пузатый и лысый, три мальчика, с утра до вечера работает. Дача, дети. Когда картина загремела мировым успехом, Алентова и Муравьева чаще ездили по фестивалям да презентациям. Меня редко звали. Ранило ли это меня? Не ранило только потому, что не знала…

Спустя много лет мы встретились на телевидении, речь должна была идти о том, чтобы снимать продолжение «Москва слезам не верит». Вера, Ира сидят, щебечут: «Помнишь в Праге магазин за углом, ты была там?» А я сижу, слушаю. Они дальше: «В Мадриде, помнишь». Я слушаю. Вдруг Вера оглядывается: «Ты знаешь, мы ездили, это же коммерческие поездки». Я не поняла. И первый раз узнала, что они везде бывали. И когда Вера говорит, что она объездила весь мир, понимаю: ради бога, она главная героиня. Но хоть немножечко куда-то можно было и меня, Раю из Рязани позвать. Мне было немножко неприятно. Но не больше.

Слава без хлеба

Источник: 1tv.ru

Господи, я после этого оскароносного фильма неделями на хлебе сидела, нищета была страшная. Помню, мне предлагали в палатку идти за миллион рублей в месяц торговать продуктами. Говорили: «Рай, мы тебе около дома поставим, тебя все узнавать будут, и продажи будут бешеные». Я готова была сквозь землю провалиться от такого предложения. Около дома поставим...

Но когда денег не было даже на еду, я подрабатывала таксисткой. Узнавали. «А вы артистка?» — «Нет, что вы! Я просто на нее похожа», — весело отшучивалась я. Надевала черные очки и — по газам. Помню, один мужик попался приставучий, все меня рассматривает и говорит: «Нет, вы артистка, я вас узнал! Мне даже неловко вам платить». — «Ну не платите», — говорю я. Он так и вышел, не расплатившись…

После одного случая я таксовать бросила. Ко мне в машину два солдатика в беретиках сели и говорят: «Девушка, нам туда-то». И потом один говорит: «Финка вон такая, сам сделал». Достал здоровенный нож и играется им… У меня руки сползли, ноги налились свинцом, и я только щупала, где тормоз. Было это в середине Кутузовского проспекта.

Я нажала на тормоз: «Все, ребята, бензин кончился. Мне плохо, я дальше не поеду». — Он мне: «Давай тогда назад». — Я говорю: «Нет». Поехала к дому медленно, поставила машину, и с тех пор я завязала.

Не конкурентная я!

С Верой Алентовой и Ириной Муравьевой у нас сохранились нормальные, человеческие отношения. Собирались все вместе в киноцентре Эльдара Рязанова, справляли юбилей картины.

 Раиса Рязанова и Вера Алентова в фильме «И все-таки я люблю...» Источник: uznayvse.ru 

Еще с Верой снимались в сериале «И все-таки я люблю». Она играла генеральшу, а я — ее прислугу. У нас сцены были хорошие. Она хорошая партнерша. Так получилось, играем с ней эмоциональную сцену, и мы в обнимку, и я ее силой разворачиваю на камеру, чтобы она была в кадре. И потом она мне спасибо сказала, и режиссер.

Знаю, что многие бы отвернули от камеры партнера, а я так не могу.

С молодняком у меня такие же отношения. Молодым артистам трудно порой добиться слез на камеру. И когда наступает момент, слезы текут по лицу, я тут же сделаю все, чтобы это было заснято крупным планом. У кого хватает мозгов, те подходят, благодарят.

Я не считаю нашу профессию конкурентной, поэтому у меня нет заклятых «друзей» среди актерской братии. Не конкурентная я!

Я могу по-хорошему восхищаться талантом другой артистки. Вот Валя Талызина — очень мощная актриса. Во многом мощнее, чем я. Я это понимаю, вижу, и у меня в мыслях нет с ней конкурировать и тем более ей завидовать.

Ну не дал мне бог столько таланта, что же теперь мне, не жить?

Говоришь, редкий случай, когда артистка способна так сказать о другой актрисе. Знаешь, я просто умная… (Смеется.)

Аплодисменты не люблю

Раиса Рязанова в роли Андреевны в спектакле «Кукла для невесты» А. Коровкина (реж. А. Мохов). Источник: tabakov.ru

Меня пригласили в «Табакерку», и играю я там уже много лет. Немного спектаклей, но играю. Когда мы там встречаемся, то нацеловаться не можем. Я, как школьница, очень ответственная: перед каждым спектаклем дома прохожу текст, перед зеркалом репетирую. И в театре все прохожу перед спектаклем. Очень страдаю, когда забываю реплику. Просто, как девчонка, тушуюсь вся. Места себе не нахожу.

Понимаешь, страшно сказать, сколько лет я артисткой служу, но у меня так и не появилось людей, с которыми я не хотела бы поздороваться при встрече. В глаза мне гадости никогда не говорили. Никогда. А за спиной? Пусть говорят, я же в толстой телогрейке, поэтому не чувствую…

Больше всего на свете я ем себя сама, надо признаться. Самоедка я страшная.

Веришь, меня даже не ранило, когда меня могли годами не замечать. Видимо, мне не нужно было в артистки идти. У меня нет и капли эгоцентризма, самовлюбленности.

Я, когда стихи читаю, не люблю, когда мне хлопают. Обожаю тишину зала. Бываю счастлива, когда удается залезть под рубаху к каждому зрителю и что-то под ней оставить.

Теплое, душевное и искреннее. Меня всегда смешит, когда слышу: «Вот я приехал завоевывать Москву». Милый мой, да ее Наполеон не завоевал, Гитлер не завоевал, а ты хочешь ее покорить?! Кто ты такой?! У тебя что, семь пядей во лбу? Или ты таланта необыкновенного?

Мы в свое время приезжали учиться у Москвы. Учились, а потом бережно развозили взятое у московских педагогов в свои города и районы, и всю жизнь это бережно раздавали окружающим.

Когда слышу этих «завоевальщиков», то всегда спрашиваю: «Милка, а что ты привезла в Москву, кроме своих грязных трусов и непомерных амбиций?»

Народная артистка России? Не скрою, это очень приятно слышать. Это для меня самое настоящее народное признание.

Главное признание народа в том, что тебе порой на улице не дают шага ступить. Столько «здрасьте», столько улыбок, столько тепла. Словами не передать!

Понимаешь, у меня так сошлось, что я никакая не звезда. Я — часть народа, которая вышла из самой гущи людской и показывает этот народ.

Несколько раз бывало, когда после выступления ко мне подходили женщины и говорили: «Раиса Ивановна, я все поняла, я знаю, как дальше жить». То есть она в меня как в зеркало посмотрела и что-то во мне увидела. Разве можно себе представить более весомую благодарность?! Значит, я в нее что-то вселила, вот такую капельку надежды. Значит, не зря ты, Рая Рязанова, на сцене умирала и рождалась. Не зря ты всю эту канитель затеяла…

Я очень много работаю, порой просто не выхожу из самолетов и поездов, все это дается безмерным трудом. И честно скажу: не денег ради. Я сейчас уже в том возрасте, когда можно прожить на творожке и супчике. Моих шестнадцать тысяч пенсиона, ну еще немножко подработала бы и нормально. Но работаю, потому что ответственность — перед продюсером, перед коллективом. «Раиса Ивановна, на вас зритель идет», — жалобно говорят мне продюсеры, когда я начинаю причитать про годы и про усталость. Ну как я после этого могу отказать? Возле меня молодняк, им же детей кормить надо…  

Потом есть такое чисто актерское счастье. Выходишь в зал — и сразу аплодисменты. Баночка варенья после спектакля, букетик домашних георгинов. Это так трогательно, что соглашаешься на все эти недосыпы, перелеты, переезды.

«Не хороните живой…»

Раиса Рязанова с сыном (актер Данила Перов ушел из жизни в январе 2020 года — оторвался тромб. Единственному сыну Раисы Ивановны был 51 года. — Прим. ред.), внуком Андреем и невесткой Еленой. Источник: uznayvse.ru

Одиноко ли я прожила жизнь? Нет, у меня десять лет был один, потом десять лет был другой. Любила или я их? Наверное, да, хотя по именам не назвала. Язык как-то не повернулся…

Иногда накатывала какая-то тоска, когда с фестиваля возвращаешься, всех встречают, чемоданы подхватывают. Думаешь, ну хоть кто бы подсобил. Потом в метро нырнешь, домой приедешь — и такое счастье, что ты одна, никто перед глазами не мельтешит.

С возрастом приходит понимание и желание жить на земле. Хочу на даче все сажать и любоваться, как оно растет, зреет и глаз радует. Хочу земельку почувствовать, понять, какая она. Видно, мои деревенские корни наружу стали выходить. Но пока не получается — гастролерша. У соседа огурцы просто загляденье, мои — болячки какие-то по сравнению с его овощами.

Еще пришло четкое понимание, что самый большой враг — это тот, который на нас в зеркало смотрит. Не надо никого искать и винить, все внутри нас.

Я никогда не смогла бы жить за границей, никогда! Я же там безъязыкая, а дома я говорунья. А говорить я люблю и умею. Как к мату отношусь? Саш, ну ты наивный! Конечно, употребляю. Что ж я, не русский человек, что ли?!..

С возрастом приходит больше размышлений, стала вот и о смерти задумываться. Честно скажу, боюсь ее. Жутко от мысли, что меня, как Гоголя, могут похоронить живой. Сама не знаю, откуда такие мысли берутся, но посещают…

Смерти люди ждут только, когда жизнь становится в тягость, когда сил нет. Когда больше мук, чем самой жизни. Вот тогда ее ждешь и просишь, как избавления, как манну.

А пока силы есть, пока тебя любят и ждут во всех городах и весях, пока дарят тебе охапки цветов и баночки домашнего варенья, то, конечно, ни о какой смерти и думать не хочется. Только жить! Жить и все.

ИЗ БИОГРАФИИ

Раиса Рязанова, выпускница ГИТИСа, снялась в 195 фильмах. Среди которых — «Белый Бим, черное ухо», «Фронт в тылу врага», «Москва слезам не верит». Много играет в театре. С 1980 года водит машину, имеет титул «Автоледи-2003». Народная артистка России. Лауреат Госпремии СССР.

Возрастная категория материалов: 18+

Добавить комментарий

Забыли?
(Ctrl + Enter)
Регистрация на сайте «Амурской правды» не является обязательной.

Она позволяет зарезервировать имя и сэкономить время на его ввод при последующем комментировании материалов сайта.
Для восстановления пароля введите имя или адрес электронной почты.
Закрыть
Добавить комментарий

Комментарии

Комментариев пока не было, оставите первый?
Комментариев пока не было
Комментариев пока не было

Материалы по теме

В Амурской области среда будет с переменной облачностью и без осадковОбщество
Львам звезды гарантируют успех во всех делах, Козерогов продвинут по службе: гороскоп на 22 сентябряСоветы
Сентябрьские температуры в Приамурье опустились ниже климатической нормыОбщество
В Бурее водителя УАЗа зажало в кабине при столкновении с самосваломПроисшествия
В Госдуму пройдут представители восьми партийВласть
В районе Верхнеблаговещенского наладили водоотведение на дороге к памятнику казакам-первопоселенцамОбщество

Читать все новости

Общество

В Амурской области среда будет с переменной облачностью и без осадков В Амурской области среда будет с переменной облачностью и без осадков
10 шагов к безотходной жизни, как питается амурская колибри, и огород на крыше такси: утро с АП
Сентябрьские температуры в Приамурье опустились ниже климатической нормы
Улицы в новом микрорайоне Свободного назвали в честь Леонида Гайдая и Нины Распоповой
В Амурской области дети с сахарным диабетом впервые массово отдохнут в санатории
Система Orphus