Ирина Демьяненко, охранник:

— Родные живут на Украине, в Полтаве и Днепропетровске. Пишут, что у них все спокойно — никаких военных действий нет. Живут, работают. Переживают, правда. Про политику они не хотят общаться — сохраняют нейтралитет. Говорят, что в такие дни нужно верить только своей совести. Хотят, чтобы все скорее закончилось. А я считаю, что России надо было раньше помочь Украине — люди страдали восемь лет!

Евгений Плешаков, крановщик:

— Есть знакомый по интернету — Дмитрий. Общаемся. Живет на той стороне. Говорит, что дома сидит. Есть опасность, но в целом все нормально. Военные российские самолеты летают, но не бомбят. А еще катаются «бобики» — собирают парней и мужчин и отправляют сразу на фронт в украинскую армию. Мой знакомый говорит, что не пойдет. Он не воюет с Россией. А еще говорит, как и многие, что пришло время договариваться.

Ольга Сачкова, пенсионерка:

— Были. Сестра жила в Донецке, а потом переехала в Кировоград (в 2016 году город переименован в Кропивницкий). Переехала в Приамурье еще во времена Советского Союза. Сейчас смотрит все новости про Украину и говор

ит, как хорошо, что уехали. Бывший Кировоград находится на стороне подконтрольной Украине. Я сама поначалу смотрела новости, а сейчас перестала. Обстановка какая-то непонятная.

Виталий Лутов, безработный:

— Бабушка с дедушкой оттуда родом, жили в Донецке. Уехали оттуда в 90-х годах, когда все еще было нормально. Был отличный город — красивый! Что сейчас там творится, я просто не представляю. Бабушка уже старенькая, чтобы следить за новостями с Украины. Я сам слежу, конечно. Ситуация там двоякая. С одной стороны, понимаешь, что Украина творит просто бесчеловечные вещи. С другой, я представляю, что в России в связи с санкциями будет тяжело всем — придется очень сильно затянуть пояса.

Евгения Суспицина, пенсионерка:

— Знакомая есть. Живет в деревеньке под Харьковом. Перестали общаться с ней 2014 года, когда это все началось. На той стороне сказали, что мы — русские, очень нехорошие люди, и обрубили все контакты. Я, в свою очередь, как считала ее своей хорошей знакомой, так и продолжаю. Если позвонит или напишет, с удовольствием отвечу. России давно надо было защитить ДНР и ЛНР.

Александр Мудрак, стрелок военизированной охраны:

— Родные есть на Украине — двоюродные сестры и братья в Харьковской области живут. Давно уже, правда, не общаемся. В основном мама с ними связь поддерживала, а сейчас уже старенькая совсем. Хотя в 2014 году, когда все только начиналось, отношения между нами не испортились. Они не говорили плохо про русских никогда. Я сам за ситуацией на Украине слежу — возле телевизора целый день. Считаю, что правильно Путин сделал. И все это

случилось из-за американцев, которые на Украину залезли.