Японская разведка на Амуре не щадила даже детей: управление ФСБ рассекретило архивы

Благовещенск кишел шпионами

Среди рассекреченных документов уголовное дело против сотрудников военной разведки Японии. Четверо японских офицеров были осуждены в 1947 году. Их обвинили в подготовке и заброске резидентуры в Благовещенск, а также в пытках и казнях людей.

Например, Сасаки Реодзи в прошлом — сын крестьянина, а в годы войны кадровый разведчик четыре раза переправлял шпионов в столицу Амурской области. Можно представить масштабы работы, которую приходилось проводить амурским чекистам, учитывая, что Сасаки действовал далеко не один. Благовещенск и его окрестности кишели шпионами, завербованными из числа запуганных китайцев и русских эмигрантов, которые проживали в Сахаляне.

Не менее заметный след Сасаки Реодзи оставил в Особой тюрьме Сахаляна, куда привозили людей, заподозренных в сотрудничестве с СССР. Допросы были мучительными, а казни массовыми, число погибших за один раз исчислялось десятками человек. В качестве орудия убийства Сасаки нередко выбирал обычную дубинку. Со своими соотечественниками военный преступник тоже не церемонился: однажды он задушил японца веревкой прямо в комнате для допросов.

Фото: БГПУ

Его сослуживец Фудзимора Нобуо — выпускник института иностранных языков — официально работал переводчиком. Он вел допросы русских граждан, но при случае мог зарубить человека клинком. Один из таких эпизодов произошел в мае 1945 года. Тогда Фудзимора участвовал в казни 7 китайцев, а также русской женщины и её 13-летнего сына. Да, японская разведка не щадила даже детей. Аналогично действовал Катаока Исаму — третий фигурант уголовного дела.

9 августа 1945 года, когда Советский Союз объявил войну Японии и над Сахаляном нависла опасность прихода русских, Катаока помогал убивать оставшихся узников Особой тюрьмы. После расправы здание облили керосином и подожгли. Четвертый обвиняемый Ковано Кунихиро — из той категории людей, для которых чужая человеческая жизнь не представляет ценности.

После разгрома Японии и поимки все четверо признаны военнопленными и приговорены к 25 годам лишения свободы. И это всего лишь крохотная часть той драматичной истории, что развернулась на берегах Амура в годы войны. Читая подобные документы трудно остаться равнодушным. Японский национализм мало отличался от немецкого фашизма.  

Разведка на «пьяную» голову

Фото: БГПУ

Еще одно уголовное дело, с которого снят гриф «Совершенно секретно», рассказывает о событиях в Сковородинском районе Приамурья. В феврале 1940 года советские пограничники заметили в окрестностях села Свербеево чужака. Тот пытался уйти от преследования по льду Амура и открыл стрельбу. К чести пограничников, незваного гостя задержали.

Уже позже во время допроса выяснилось, что задержанный — японский офицер. Он ссылался на то, что накануне много выпил, потерял контроль над собой и решил сходить на разведку. Кроме прочего, уверял, что хотел посмотреть на советские колхозы и понять, насколько тяжела в них жизнь, как описывает японская пресса.

Следователи установили, что задержанный по происхождению — сын торговца, на самом деле был активным членом Союза патриотической молодежи Японии, блестяще окончил полицейскую школу, помимо родного языка в совершенстве владел русским, китайским и английским.

Обстановка на дальневосточной границе мало отличалась от той, что сложилась на западных рубежах страны. Шпионы и диверсанты лезли со всех сторон и с подобными персонажами не церемонились. Лазутчика судили и расстреляли.

Военные преступники стали жертвами

В будущем году Россия и Китай отметят 80-летний юбилей Победы над Японией. Позади целые десятилетия, но забыть случившееся и сгладить острые углы по-прежнему не получается, да и не нужно. Есть вещи, которые нельзя забывать, считают организаторы круглого стола в БГПУ. Рассекреченные документы стали частью выставки «Приговор именем Союза Советских Социалистических Республик…», подготовленной в рамках федерального проекта «Без срока давности».

Фото: БГПУ

— Обнародование подобных материалов, безусловно, имеет важное значение. Несмотря на то что прошло уже почти 80 лет, оно остается актуальным. Предпринимаемые в странах коллективного Запада попытки переписать отдельные страницы истории Второй мировой войны, а также умалить или замолчать решающую роль Советского Союза в разгроме фашизма должны получить решительный ответ, — уверен Дмитрий Кузнецов, кандидат исторических наук, заведующий Научно-образовательной лабораторией по изучению событий Второй мировой войны при кафедре всеобщей истории, философии и культурологии БГПУ. — Поэтому в последние годы в нашей стране активизировалась работа по сохранению исторической памяти, защите исторической правды и противодействию фальсификации истории. Свой определенный вклад здесь вносит деятельность Научно-образовательного пространства «Дальний Восток во Второй мировой войне: Без срока давности», где сегодня прошел наш круглый стол.

По словам Дмитрия Владиславовича, на повестке дня еще один не менее важный вопрос — речь о восстановлении исторической справедливости. Прежде всего необходимо пересмотреть решения, которые были приняты в нашей стране после 1991 года в отношении японских военных преступников, осужденных еще в конце 1940-х.

Фото: БГПУ

Дело в том, что Закон РФ от 18 октября 1991 года «О реабилитации жертв политических репрессий» позволил реабилитировать многих солдат и офицеров Императорской армии Японии, причастных к пыткам и казням людей. Сегодня очевидно, что такие решения оказались ошибочными и должны быть пересмотрены.

— Преступления японского милитаризма не имеют сроков давности, что было многократно доказано на Токийском и Хабаровском процессах, а также множестве локальных судебных процессов, происходивших после Второй мировой войны в различных странах. Тем не менее в новейшей истории России был период, когда политическое руководство страны предпочло отказаться от исторической правды во имя сиюминутной выгоды во взаимоотношениях с правящими кругами Японии, — подчеркнул доцент Высшей школы педагогики и истории педагогического института ТОГУ, руководитель Центра изучения Второй мировой войны и противодействия фальсификации истории Станислав Сливко. — Реабилитация в 1990-е годы более 1 000 японских военных преступников поставила в глазах мировой общественности под сомнение правомерность вынесенных приговоров. Однако причинами реабилитации стала не невиновность военных преступников, а политическая конъюнктура и пробелы в законодательстве. В результате этого военные преступники внезапно стали жертвами политических репрессий.

По словам Станислава Вадимовича, японская сторона неоднократно пыталась аннулировать результаты Хабаровского судебного процесса, ставшего аналогом Нюрнберга на Дальнем Востоке. К счастью, такие попытки оказались безуспешны. Однако факт реабилитации японских военных преступников, в том числе из печально известных отрядов 731, 100 и других структур Квантунской армии, готовивших бактериологическую войну, серьезно осложняет сохранение исторической памяти о Второй мировой войне. Необходим полный пересмотр всех реабилитирующих решений, вынесенных Главной военной прокуратурой в 1990-е годы в отношении японских военнопленных.

Справка АП

Круглый стол «Победная точка во Второй мировой войне: Советско-японская война 1945 года» прошел на площадке Научно-образовательного пространства «Дальний Восток во Второй мировой войне: Без срока давности» БГПУ. В качестве участников выступили преподаватели, студенты и аспиранты педагогического университета и других высших учебных заведений города Благовещенска, члены Российского военно-исторического общества (РВИО), приглашенные эксперты, неравнодушные горожане. Они вспомнили обстановку накануне и во время Второй мировой войны, Сахалянскую десантную операцию и другие этапы разгрома квантунской армии.

***

Предательство без срока давности: в Приамурье УФСБ рассекретило уголовные дела пособников нацистов