«Пациенты с надеждой заглядывают тебе в глаза»: Врач-диагност Оксана Симоненко — о том, что за любым диагнозом стоит жизнь
180
«От результатов диагностики — к примеру, УЗИ, КТ или эндоскопии — во многом зависит дальнейшая тактика лечения. Пациенты это понимают и с волнением ждут вердикта, видя в тебе проводника к выздоровлению», — говорит врач ультразвуковой диагностики Оксана Симоненко, более 26 лет отдавшая онкологической службе. Огромный опыт и клиническое чутье позволяет безошибочно отличать доброкачественные изменения от злокачественных новообразований. Но разговор с доктором — не только о медицине, а ещё и том, что за любым диагнозом стоит жизнь.
«Моим кумиром была тетя — врач»
Вдохновляющий пример близкого человека очень часто определяет выбор жизненного пути. Для Оксаны Симоненко таким человеком стала сестра ее мамы — врач. Она очень долго работала рентгенологом, потом переучилась на окулиста, освоила ультразвуковую диагностику. И по сей день работает в Завитинской ЦРБ.
— Я выросла в семье педагогов. Мама преподавала русский язык и литературу, была директором школы — всегда очень занятой человек. Самое яркое воспоминание из детства, как она приходит из школы и достаёт огромную кипу тетрадей. Потом готовит ужин, мы кушаем, ложимся спать — а мама полночи сидит и проверяет эти тетради. Я видела повседневность: наверное, поэтому профессия учителя для меня не была окутана ореолом романтики. А вот медицина — другое дело, — улыбается Оксана Николаевна, вспоминая, почему она захотела стать врачом.
Она росла здоровым ребенком, болела редко, страха перед врачами не было. Иногда с двоюродной сестрой приходили к ее маме на работу в больницу. Оксана наблюдала, с каким уважением люди смотрят на врачей в белых халатах. Именно тетя, посвятившая себя медицине, стала ее кумиром.
Мечтала стать хирургом
Детская мечта о спасении жизней — это классика, которая часто становится первым шагом в медицину. Поступая в мединститут, как и многие абитуриенты, Оксана хотела стать хирургом. Хирургия многих ребят манит ореолом героизма. Однако во время учебы всё поменялось кардинально: поняла, что это не ее.
— В обморок при виде крови я, конечно, не падала, но в операционных мне было тяжеловато, — улыбается доктор Симоненко. — Работа за операционным столом по 5–6 часов — это стандартная практика в хирургии. Я поняла, что так не смогу. Выбрала терапию, а затем — диагностическое направление. Это было самое начало развития ультразвуковой диагностики: на всю область узистов было человек 30 всего! Аппараты УЗИ были далеко не в каждой районной больнице.
«Не было даже мысли уйти из медицины»
Выпускница медакадемии собиралась как минимум год сидеть дома в декрете с ребенком. Она только окончила интернатуру, сынишке было всего полгода, и тут поступает приглашение выйти на работу в областной онкологический диспансер. В штате диспансера было два врача УЗИ, и один из них уволился.
— Тогда очень тяжелые времена были: зарплату месяцами задерживали. Доктор не выдержал и ушел в частный бизнес — место освободилось. Про онкологический диспансер всё время писали в газетах, что нет ремонта, оборудования, нет препаратов… Было очень грустно, — вспоминает Оксана Николаевна. — Многие уходили из бюджетной медицины. А я подумала: «Всё же я семь лет проучилась за счёт государства, и должна работать врачом! Так будет не всегда». Первый год получала очень малые деньги, и те давали с огромной задержкой. Выручало то, что муж в частной компании неплохо зарабатывал. За все годы, что я работаю врачом, в нашей семье вообще никогда не обсуждался вопрос о том, чтобы уйти из медицины. Даже мысли такой не
возникало.
«Волшебный» метод
Сейчас в онкологии без УЗИ не обойтись. А в тот момент, когда Оксана узнала, что есть такой удивительный метод, она была студенткой. УЗИ показалось настоящим чудом — возможностью «увидеть невидимое» и заглянуть внутрь живого человека без хирургического вмешательства.
«Я всем говорю: «Обследуйтесь, чтобы выявить опухоль на ранней стадии, пролечитесь и будете жить дальше».
— В девяностые годы ультразвуковое исследование только перешло из разряда экспериментов в повседневную клиническую практику и было настоящим прорывом, огромным шагом вперед для всей онкологии. Без разреза, на экране можно было увидеть раковую опухоль! — доктор Симоненко вспоминает то время с восхищением.
На ее глазах за четверть века аппараты УЗИ прошли огромный путь от черно-белых мониторов до современных систем с невероятной четкостью и 3D / 4D-визуализацией. Застать эволюцию технологий — от громоздких «динозавров» до современных компактных сканеров с искусственным интеллектом — невероятно интересно.
— Сегодня аппараты экспертного класса позволяют обнаруживать мельчайшие новообразования на самых ранних стадиях, когда лечение наиболее эффективно. Мы можем рассмотреть сосудистую структуру опухоли и сделать предварительные выводы о ее характере. Современные возможности УЗИ в онкологии огромны, — констатирует опытный диагност.
«Первый аппарат УЗИ был моим ровесником»
Оксана Николаевна до сих пор помнит первый аппарат УЗИ, на котором начинала работать. Ей было 24 года, а аппарату немногим меньше — практически её ровесник. Эти аппараты поступили в Амурскую область из Японии по линии гуманитарной помощи.
— Они были не новые, но в хорошем состоянии. Я потом на нём проработала еще порядка десяти лет. Изображение, конечно, не сравнишь с тем, что сейчас. Это как небо и земля. Но тем не менее, что‑то в нём было видно. В те годы вообще лечение онкологии ассоциировалось с крайне тяжелыми последствиями, а диагноз часто звучал как приговор, — вздыхает доктор. — Так было не только у нас — во всем мире. Скрининговые программы, аппараты УЗИ, КТ были еще развиты слабо. Многие виды рака выявлялись на поздних стадиях, когда опухоль уже давала метастазы. Было очень тяжело видеть таких пациентов, когда ты понимаешь, что половина из них навряд ли выкарабкается. А с 2010 года всё поменялось кардинально: стали поступать более эффективные препараты для пациентов, изменились подходы к лечению.
«Пациенты ищут поддержки»
На вопрос, что для нее самое трудное в профессии, Оксана Симоненко не раздумывая заметила:
— Конечно, общение с пациентами. Ситуации же бывают разные. Работа, связанная с людьми, в принципе сложна, а с людьми, больными раком, вдвойне сложнее. Она требует огромной эмпатии, сопереживания чужой боли. Это всегда повышенный риск эмоционального выгорания. Люди ищут поддержки, заглядывают тебе в глаза — это немножко сложно.
По словам доктора Симоненко, с тех пор как в онкологии произошел прорыв, последние пятнадцать лет работать стало интереснее. Когда видишь результат, что больные онкологией получают эффективное лечение и долго живут в ремиссии, —это придаёт работе особый смысл.
«Женщина из‑за страха отказалась от лечения и упустила время»
Страх, паника, отрицание или желание замереть и спрятаться — частая реакция онкологических пациентов. Некоторые, столкнувшись с диагнозом, даже отказываются от лечения. Оксана Симоненко вспомнила случай из практики, произошедший несколько лет назад. — Далеко не старая женщина — ей не было и шестидесяти лет — обнаружила у себя в молочной железе небольшое уплотнение, величиной с горошину. Насколько помню, жила она в Белогорске. В районной больнице подтвердили, что это онкология. Отказавшись от лечения, женщина собрала вещи и уехала в деревню умирать. Некоторые насмотрелись кино и думают: если поставили диагноз «рак», значит, в течение двух-трех месяцев они должны умереть. Распространенное заблуждение! Стереотип, сформированный кинематографом, который абсолютно не отражает современную медицинскую реальность.
Год проходит — женщина живет с опухолью. Ждёт, когда умрет. Второй год проходит. Дочь всё же уговорила ее поехать в больницу. Ее начали лечить, но было уже слишком поздно. К этому времени была уже четвертая стадия, метастазы распространились в легкие, печень, кости, головной мозг… А если бы она сразу начала лечение, как только выявили опухоль, то жила бы до сих пор. Современные методы терапии — иммунные и таргетные препараты — дают высокие шансы на длительную ремиссию и даже выздоровление. Я пациентам и всем знакомым говорю: «Обследуйтесь регулярно! Если что‑то не так, надо выявить опухоль на ранней стадии. Пролечитесь и будете жить дальше».
