Какие тайны открывает историческая реконструкция кардиологического центра Благовещенска
110
На втором этаже восстановлены исторические арочные окна, строители укрепляют старинную кирпичную кладку — в Благовещенске продолжается реконструкция бывшего кардиоцентра Амурской медакадемии, пострадавшего пять лет назад от пожара. Долгое время памятник архитектуры был законсервирован, а сейчас там активное движение. Министр строительства и архитектуры Амурской области приехал лично посмотреть, как продвигается капитальный ремонт. «Техническая готовность значимого для амурской столицы объекта составляет уже более 25 процентов», — доволен работой подрядчика Дмитрий Калугин.
Эклектика с мотивом классицизма
Объекту уделяют пристальное внимание, потому что он обладает историко-культурной ценностью — это образец общественного здания, выполненного в духе эклектики с преобладанием мотивов классицизма, пояснили в государственной инспекции по охране объектов культурного наследия Амурской области.
— Здание играет важную роль в формировании композиционного силуэта улицы Горького, а также панорам исторического центра Благовещенска и его культурного ландшафта. А еще это место с невероятно богатой, сложной и многослойной судьбой, — вспомнил глава регионального минстроя историю объекта культурного наследия, пока его обходил, наблюдая за работой строителей со стороны.
Цвет кровли будет кораллово-красный
Было радостно видеть, как поврежденный пожаром памятник архитектуры наконец-то обретает новую жизнь. Капитальный ремонт стартовал в апреле этого года при поддержке министра здравоохранения РФ и губернатора Амурской области. Завершить все работы подрядчик должен в 2027 году. К этому времени нужно отреставрировать фасад, восстановить историческую кровлю, оконные и дверные проемы, несколько крылец, привести в порядок внутренние помещения и благоустроить прилегающую территорию.
— Демонтажные работы практически полностью завершены. Параллельно мы вели восстановительные работы, — перечислял, что сделано за пять с половиной месяцев, генеральный директор подрядной организации ООО «Реставрация сервис» Игорь Голубев. — Кирпичную кладку пришлось восстанавливать полностью, потому что со временем всё утратило свою жизнеспособность. Делаем антикоррозийную обработку металла кровли, зачищаем зачистки сводов потолка. Он здесь очень красивый, украшенный лепниной. И по кровле, и по самому фасаду постоянно всплывает что-то новое, интересное. Декор получается намного сложнее при реставрации. И цвет кровли исторически интересный — кораллово-красный. Таким же будем его делать.
Заменили сгнившие балки
Первоначально здание было одноэтажным — большое просторное помещение с высоким потолком, где четыре колонны поддерживали высокий купол. Второй этаж достраивали уже в советское время из-за недостатка площадей. Как выразился подрядчик, «лепили из того, что было».
— Там были советские перекрытия, из которых достраивали позже второй этаж. При вскрытии мы обнаружили, что балки уже сгнили и пришли в негодность. Во время пожара кровля же была разрушена, спасатели водой всё заливали. Нужно было все балки демонтировать, причем в срочном порядке. Ремонтные работы по второму этажу временно вынуждены были приостановить, потому что замена перекрытия — это дополнительные работы.
Как и на любом историческом объекте, здесь тоже возникли непредвиденные моменты, требующие дополнительных сил и финансовых вложений. Уже несколько раз из Томска приезжали специалисты авторского строительного надзора.
«Если к началу отопительного сезона не успеем запустить тепло, поставим водяные тепловентиляторы. Главное сейчас — отсечь внешний холод и остановить сквозняки, чтобы внутри не гулял ветер. Как только тепловой контур будет закрыт, здание начнет держать внутреннюю температуру, работать в нем станет намного комфортнее», — говорит подрядчик.
— В отличие от технадзора, проверяющего качество по строительным нормам, авторский надзор следит за идеей и качеством реализации архитектурных решений. Такой надзор обязателен для уникальных и технически сложных объектов. В ходе производственных работ всплывает много вопросов, которые нужно решать совместно, — уточнил Игорь Евгеньевич.
Восстановили арочные окна
В результате реконструкции, которую проводили в 1960–1970-е годы, фасад здания претерпел сильные изменения. Не только единая композиция большого внутреннего пространства была нарушена достроенным вторым этажом. Были утрачены широкие лестницы, ведущие к парадному входу, дверные проемы заменили оконными.
— Окна в советский период тоже переделали. Причем варварским методом. Вторая линия арочных окон была изменена до неузнаваемости, — констатирует гендиректор подрядной организации. — Вместо двух спаренных окон в стене вырубали одно прямоугольное. На месте арочных сандриков фланговых окон тоже были пробиты прямоугольные оконные проемы. Теперь мы сделали окна такими, какими они были на самом деле — в виде арок. Заложили пустоты кирпичом, восстановили декоративный элемент.
Было два входа, а станет пять
— В послевоенное время в историческом здании оставили только один вход для всех, а второй был аварийный. Теперь их будет пять. Сейчас активно ремонтируем крышу. У нас есть мастер Александр Иванович, который периодически проходит обучение в Москве. И еще специалисты с запада России будут приезжать, ему помогать, — рассказывал подрядчик министру.
Металл для кровли уже изготовила одна из российских компаний. Строители долго искали нужный цвет — кораллово-красный, а потом еще больше трех месяцев ждали поставку.
До холодов надо успеть установить окна. Они в историческом здании были деревянными. Но, видимо, придется пересогласовывать проект с дерева на ПВХ.
— Деревянные окна в нашем дальневосточном климате недолговечны, — пояснил Игорь Голубев. — Резкие перепады температур, высокая влажность летом и сильные морозы зимой губительны для деревянных окон из цельного массива. Я не встречал ни одного объекта, где бы деревянное окно через 10 лет нормально эксплуатировалось. Надеюсь, авторский надзор пойдет навстречу, и мы в срочном порядке установим окна ПВХ. А цвет для нас сделают, какой надо — визуально от деревянных не отличишь.
«Каждая старинная плиточка на вес золота»
«Раньше строили на века» — к старинному Дому молокан эта фраза относится на все 100%. Для его строительства и отделки использовали самые лучшие материалы того времени. В интерьере первого этажа по сей день сохранилась оригинальная мозаичная плитка, а внутри здания возвышаются крепкие колонны, пронизывающие первый и второй этажи.
Здание располагается в исторически сложившейся центральной части Благовещенска, в квартале между улицами Шимановского (бывшая Бусеевская) и Кузнечной, и главным (южным) фасадом ориентировано на улицу Горького — бывшая Иркутская.
Удивительные находки
Во время капитального ремонта строители открыли для себя удивительные находки. Первая — на металлических балках под потолком, с которых сняли декоративное покрытие, обнаружили надписи, предположительно, на латыни.
— Скорее всего, эти балки завозились через порт Николаевский, — строит предположение Максим Цой, проректор по административно-хозяйственной работе Амурской ГМА (заказчик объекта). — Потому что на каждой балке четко видна надпись «JWA Nikolayojesk». Не исключено, что эта аббревиатура связана с фамилией или названием завода, который производил балки.
Вторая находка — метлахская плитка на полу первого этажа. Ей уже более 120 лет, но сохранилась очень хорошо. Плитку полностью демонтировали и аккуратно сложили на территории рядом с вагончиками строителей — часть в коробках, а часть лежит стопкой на земле.
Метлахская плитка, как на Титанике
Руководитель подрядной организации взял в руки «осколок старины»: «Это вот всё, что чудом сохранилось до нашего времени. Сейчас мы ее очищаем, обрабатывая щадящими составами. Работаем очень бережно. Каждая плиточка на вес золота».
Оригинальная метлахская плитка получила свое название от немецкого города Метлах. Она одна из самых прочных и долговечных. Представители, завозившие ее из Европы в Россию, такую же плитку поставляли для императорского двора. Ее обнаружили и на затонувшем в 1912 году «Титанике». Корабль к тому времени пролежал на морском дне 73 года, а немецкая плитка из керамогранита даже в соленой воде не потеряла цвета и формы, что говорит о невероятном качестве изделия.
Капремонт исторического здания бывшего кардиоцентра АГМА после пожара к сегодняшнему дню выполнен на 25%.
— Плитка эта интересна тем, что она содержит в себе более 18 слоев. И даже при глубоком истирании рисунок не меняется. Постояла 120 лет и еще в хорошем виде. Качество материалов, производимых в те времена, конечно, с нашим не сравнится, — соглашается представитель Стройконтроля Николай Ковалёв. — Технология изготовления метлахской плитки от современной существенно отличается. Краску наносили послойно на сырую глину и потом только плитку помещали в печь. В те времена ценили долговечность.
Поиск мастеров для новодела
— Немецкая плитка — это тоже элемент охраны объекта культурного наследия, — уточнил глава амурского минстроя. — Всё, что только можно, стараемся максимально сохранить, отреставрировать и положить обратно. А то, что утрачено, будет восстановлено по образу и подобию. Часть плитки повреждена — на весь объем ее не хватит.
По словам подрядчика, утрачено порядка 100 или даже 200 «квадратов» — точно не подсчитывали. Поэтому частично будет новодел — точная копия метлахской плитки. Первоначально планировали, что ее изготовят мастера из Екатеринбурга, которые на этом специализируются. И уральские мастера уже готовят по заказу подрядчика несколько вариантов плитки, из которых можно потом выбрать образец, который будет полностью соответствовать старинному оригиналу, чтобы невозможно было отличить старую плитку от новой.
— Процедура эта достаточно долгая и дорогостоящая. А сейчас еще мы ведем переговоры с одной китайской компанией. Вышли на нее случайно и очень удивились, когда нам скинули прайс, — докладывал министру руководитель компании «Реставрация сервис». — Смотрим, а в прайсе у китайцев есть плитка — один в один такая же, какая нам нужна. И рисунок, и цвет совпадают. Единственное, размер чуть-чуть отличается.
«Как такое могло получиться?» — не удержалась я от вопроса.
— Дело в том, что этой китайской фирме заказывают «плитку под старину» для реставрации объектов истории компании из разных стран. Такую же плитку они уже в Европу и Америку отправляли. Какой новодел выберем: от уральских мастеров или китайский — покажет время. Будем сравнивать все образцы. И потом примем решение.
Штукатурка по столетнему «рецепту»
Площадь здания более 1200 квадратных метров. И то, что оно является объектом культурного наследия, накладывает на подрядчика дополнительные обязательства.
— Строители должны подойти к реконструкции весьма аккуратно и щепетильно. Это первое, а второе — восстановить здание нужно именно в первозданном виде, каким оно было изначально еще более 100 лет назад, — подчеркнул министр.
Подрядчик заверил, что старается использовать, насколько это возможно, такие же материалы, какие использовали строители более века назад. Взять, к примеру, штукатурку: требования особые.
— Видите, — Игорь Голубев указал рукой наверх, — мы отбили не всю историческую штукатурку. В некоторых местах именно та, столетняя осталась. Она известковая. Если сверху ее покрыть современными составами, то со временем она отойдёт. Потому что не будет адгезии — сцепления материала с поверхностью, а значит, никакое покрытие держаться не будет — всё отвалится. Конечно, какие-то химические элементы добавлены для эластичности, но мы используем именно те составы, которыми пользовались в XIX веке.
Нужная известковая штукатурка по столетнему «рецепту» на Дальнем Востоке не производится. Ее заказывали в Санкт-Петербурге, где есть несколько таких производств. Из-за огромного количества исторических памятников и строгих требований Комитета по государственному контролю, использованию и охране памятников истории и культуры в Северной столице развита целая индустрия создания реставрационных сухих смесей по рецептурам XIX — начала XX веков.
— Я был на объектах реставрации в Питере и Москве. И скажу, по качеству реставрационных работ мы не уступаем столичным мастерам. Они больше делают упор на скорость, а мы — на качество, — заверил руководитель подрядной организации.
Дмитрий Калугин, министр строительства и архитектуры региона:
— На любом объекте культурного наследия в процессе капитального ремонта или реконструкции выявляется необходимость работ, которые изначально не были учтены в проектно-сметной документации. И этот объект — не исключение. Еще на первом этапе во время демонтажа строители выявили конструкции, которые нуждались в усилении. Возникли дополнительные работы и по реставрации таких сложных элементов, как лепнина, декор, требующих строгого соблюдения законодательства об объектах культурного наследия. Утраченные фрагменты воссоздаются строго по историческим аналогам, архивным чертежам или сохранившимся симметричным частям. Подрядчик добросовестный. Несмотря на дополнительные объемы, старается не отставать от графика. Основная задача — до наступления холодов закончить все кровельные работы и закрыть тепловой контур: установить двери и окна. Тепло к объекту подводят и в ближайшее время подключат, чтобы в холодный период строители могли работать внутри здания в комфортных условиях.
«Здесь будет площадка для подготовки и аккредитации врачей»
После завершения работ здесь разместится аккредитационно-симуляционный центр третьего уровня. Сегодня он занимает лишь половину этажа одного из корпусов академии. А будет более 1200 квадратных метров — такова площадь исторического здания.
— Число студентов увеличивается. Мы потихоньку возвращаемся к цифрам, какие были в советские времена. Если в прошлом году у нас набор был 380 человек, то в этом году в медакадемии уже 460 первокурсников. И плюс мы еще привлекаем иностранных студентов, которых тоже становится больше. Аккредитационно-симуляционный центр нам нужен большой. Высокотехнологичная площадка для подготовки и аккредитации врачей важна для образовательного процесса по всем направлениям медицины, — отметил проректор Амурской ГМА Максим Цой.
«Человеческий фактор часто становится причиной разрушения истории»
Каждый исторический объект по-своему уникален. Не важно, деревянное или кирпичное здание — самые большие сложности при реставрации возникают, если его неоднократно ремонтировали и перестраивали.
— Ремонты, перестройки… Раньше всё это делали, даже не задумываясь, что здание представляет историческую ценность, — констатирует руководитель компании «Реставрация сервис» Игорь Голубев, приводя в пример Дом Берчанского, где пришлось полностью восстанавливать всю кладку. — Стены были сильно повреждены — их просто изрешетили баннерами и рекламными щитами. Когда в отверстия стен попадает вода и потом замерзает при низкой температуре, от этого разрушается не только кирпич, но даже бетон. Именно человеческий фактор зачастую становится причиной разрушения истории. Есть объекты, к примеру, здание на Уралова, 1, где мы обошлись минимальной реконструкцией. Потому что стены никто не долбил — разрушения были только от воды.
От дома молитвы до клиники кардиохирургии
Здание построили в 1905–1907 годах на средства прихожан как Молитвенный дом. Он многие десятилетия был центром религиозной жизни общины духовных христиан-молокан. Во время Маньчжурской наступательной операции в 1945-м здесь временно размещался военный госпиталь, где лечили израненных в боях с японцами красноармейцев.
После войны медицинский статус за зданием закрепился: его передали в ведение второй городской больницы. Первое время в этом корпусе проводили занятия студенты и интерны. А в 1974 году талантливый хирург и ученый Ярослав Кулик основал здесь кардиохирургический центр, где выполняли передовые по тем временам операции на остановленном сердце и куда ехали на лечение пациенты из разных уголков России.
2 апреля 2021 года к этому зданию было приковано пристальное внимание всей страны. Хирургическая бригада лаборатории искусственного кровообращения Амурской медакадемии проводила операцию на остановленном сердце, когда вдруг загорелась крыша. Пока тушили пожар, врачи стоически боролись за жизнь пациента, за которого без преувеличения переживала вся страна.
«Одно здание — и такой срез истории!» — улыбнулся Дмитрий Калугин, направляясь к группе ожидающих его специалистов.
