Крестьянином движет инстинкт самосохранения

Сегодня ни одно сельхозпредприятие, ни один владелец подворья не имеют гарантированного сбыта своей продукции. Работают на авось, как пишет Дмитрий Котелкин, по привычке. Считаю, что выращивают скот, производят зерно и овощи, руководствуясь инстинктом самосохранения, чтобы не умереть с голоду. Получат крестьяне продукт и ждут покупателя, но договоров контрактации, кроме молочного комбината, никто не заключает. «Подорожало все, кроме земли», - пишет автор. Да земля дорожает не так быстро, как услуги ЖКХ или парикмахера. За последние три года товары (металл, машины, горючее), которые потребляет село, подорожали в 2,5 - 3 раза, а цены на сельхозпродукты выросли на 20 - 30, максимум 50 процентов. Поэтому земля в сельской местности фактически дешевеет. Доказательство этого - заросшие бурьяном и кустарником поля и подворья селян, заброшенные дома, усадьбы и целые села. Если областной Совет сочтет необходимым увеличить земельный налог, особенно в сельской местности, то это будет равнозначно тому, как если бы на все сельские населенные пункты сбросить с самолета какую-нибудь заразу. В этом случае поработало бы МЧС на захоронении, и вопрос аграрный в России был бы решен на многие годы вперед. Ведь в большинстве деревень фактически остаются пенсионеры и люди, не способные по разным причинам к производительному труду, то есть обуза для государства. Заниматься производством сельскохозяйственной продукции сейчас фактически бессмысленно. Потому-то и не ценится земля, хотя, по совести сказать, она не должна покупаться-продаваться. Это дар природы, а не творение рук человеческих. В районных администрациях собираются кричать «караул», потому что мал налог на землю. Но зачем простому крестьянину такая громоздкая администрация? Например, в Тамбовском районе около 25 тысяч населения, из них более восьми тысяч живет в Тамбовке. Здесь нет никакого производства, только бюджетные организации и «обслуга». В Муравьевке нет ни одного телефона. Ни в пожарную, ни в «скорую» не позвонить. Да и позвонишь - толку мало. Если тебя обворовали и ты сам не поймал вора - не хватило силы, то заниматься твоим делом никто не будет. В лучшем случае через год состоится суд, где скажут, что ты плохо охраняешь свою собственность, а грабителя могут осудить на год условно. Низкая стоимость земли пугает Геннадия Иванова тем, что владельцы магазинов скупят ее и будут платить не арендную плату, а фиксированный налог, который повышать нельзя. Наши законодатели и правительство многое используют из зарубежного опыта. В налогообложении же идут своим путем. Налог берут не с прибыли, что было бы справедливо и не душило бы и без того нищий простой народ, а с того, что проще учесть (земельный участок, квартира). Есть от этого прибыль налогоплательщику или нет, никого не интересует. Дошли до того, что в Благовещенске, где 220 тысяч населения, никто не шьет детских штанов - невыгодно. Почему выгодно их шить в Китае и нашим челнокам ездить туда за детской одеждой? Видимо, потому, что там другая система налогообложения, способствующая развитию производства, даже не очень прибыльного.