Вместе с квартирами жильцы потеряли и всё своё имущество.Вместе с квартирами жильцы потеряли и всё своё имущество.

Журналисты АП попытались выяснить, кто стоит за регулярными пожарами благовещенских деревянных бараков.

Не бараки, а коттеджи

— Это вы их бараками называете, а мы ласково «коттеджиками» зовём, — нервно смеётся жительница дома по Чайковского, 161, Виктория Трубникова. — Да и живут тут нормальные люди — врачи, учителя, соцработники. Да, дома старые, но что поделать, если на другое жильё денег не хватает?

Этот район называют «Зелёной чайкой» — вдоль улицы Чайковского недалеко от судоверфи стоят около десяти двухэтажных зелёных домов. Их построили больше 50 лет назад. Часть зданий признана аварийной, остальные дома приближаются к этому порогу.

Время от времени соседи начинают рассказывать друг другу, что до них дошла информация о скором сносе «деревяшек». Жильцы не отрицают — для многих это единственная возможность улучшить жилищные условия. Однако до недавнего времени никто из них и не подозревал, что мечта о переезде может обернуться огненным кошмаром.

Точка отсчёта

— Всё началось в ноябре, — вспоминает жительница дома № 161/2 Наталья Есипчук. — Хотя мы тогда, конечно, и не подозревали, что наш пожар был «первой ласточкой». 22 ноября вечером всё произошло, мы уже спать ложились. Дочка зачем-то в подъезд выглянула, а там огонь. Еле успели в окно выскочить — хорошо, живём на первом этаже.

Сначала жильцам объявили, что причиной возгорания стала старая проводка. Но буквально через пару часов после отъезда пожарных дом загорелся опять. На этот раз полыхало в квартире на втором этаже. К этому времени электричество в здании уже отключили. К тому же в первый раз загорелся подъезд, а теперь огонь гулял в комнате, куда точно не смог бы проникнуть во время первого пожара. Жильцы пришли к логичному выводу: два пожара за ночь не случайность. К тому же загорелась именно та квартира, в которой остались открытыми окна, — хозяева через них спасались от огня. И закинуть на второй этаж горящую бутылку или тряпку было бы совсем несложно.

Через месяц история повторилась, причём в ту ночь произошло сразу два возгорания — в 159-м и в 169-м домах.

— Я проснулась ночью от того, что в окно кто-то стучал. Спросонья пошла к двери, открываю её — а там всё в огне! —рассказывает жительница дома № 159 Надежда Федотова. — Хорошо, у нас дверь железная, иначе могли и не успеть спастись.

Потушив один пожар, спасатели тут же получили новый вызов. Загорелся соседний дом № 169. Правда, здесь огонь успели вовремя заметить.

— Не успели мы отойти от шока, как в следующую ночь загорается подъезд в 165-м доме. Хорошо, заметили сразу — один из жильцов возвращался домой и увидел, как из подъезда выбежал молодой парень, — говорит Виктория Трубникова. — Сосед открывает дверь подъезда — а под лестницей пакет полыхает и огонь уже на дерево перекинулся.

Пламя потушили. А на следующую ночь загорелся уже 161-й дом. И снова пожар начался под лестницей, где позже нашли полусгоревший пакет, забитый хламом.

Дежурные по пожару

После этого сомнений не осталось даже у скептиков — кто-то с завидным постоянством пытается уничтожить целый квартал.

— Вы представьте, каково это — знать, что в любой момент твой дом могут поджечь?! — вздыхает Виктория Трубникова. — Мы уже которую ночь спим только по очереди — в каждом доме сделали «дежурных по пожару», и каждые несколько часов один из нас смотрит за подъездом и обходит дом по периметру.

Но ведра с водой у каждой квартиры, огнетушители и соседи-часовые не слишком помогают справиться со страхом. Ведь ответа на главный вопрос, зачем поджигают их дома, жильцы так и не получили.

Сосед-поджигатель

За несколько дней до нового года полиция арестовала молодого человека 1993 года рождения, который жил в одном из этих домов. Согласно официальному сообщению областной прокуратуры, «следственные органы располагают сведениями о том, что данные преступления совершены им из личных мотивов и сложившихся неприязненных отношений с жителями домов».

— Уголовное дело по факту поджога (его официально признала экспертиза. — прим. авт.) 159-го и 169-го домов возбудили ещё в конце декабря. Обвинение задержанному уже предъявлено, — прокомментировал АП замначальника ГУ МО МВД России «Благовещенский» Дмитрий Панченко. — За подобное преступление суд может назначить наказание в виде лишения свободы на срок до пяти лет.

Однако сами жильцы района в «неприязненное отношение» не верят. По их мнению, причиной как раз таки послужила приязнь — к деньгам.

— Это сосед из нашего дома. Переехали в одну из квартир весной — бабушка, мать, отец, маленький ребёнок и он, — рассказывает Наталья Есипчук. — Причем они тут даже не прописаны. Насколько я знаю, просто поменялись жильём с хозяйкой квартиры, официально ничего не оформляли.

Особой популярностью у местной молодёжи пользуется небольшой магазин через дорогу. По словам Натальи, продавщица этого магазина последние месяцы с изумлением наблюдала за новым парнем. Раньше он считал мелочь около кассы, а с начала зимы стал наведываться в магазин в основном с пятитысячными купюрами. Может быть, совпадение? Однако верить в это жильцы отказываются.

По мнению жителей «чайки», их земля просто приглянулась какому-то застройщику. Дело в том, территория под домами относится к землям неразграниченной государственной собственности. Но при этом находится на территории муниципалитета. Купить землю по кадастровой стоимости (примерно 1 000 рублей за метр) намного дешевле, чем предоставлять жильё всем жителям района.

Любопытный факт: в течение нескольких недель огонь появлялся практически во всех домах, кроме 163-го. И снова совпадение: только под этим домом земля оформлена в собственность жильцов. Даже если квартиры сгорят, застройку территории можно будет вести лишь после покупки этой земли. То есть сжигать дом бессмысленно — и именно его огонь обошёл стороной.

Однако о поиске потенциального спонсора поджогов следственные органы пока ничего не сообщали. А на официальный запрос администрация города ответила лаконично: «обращений от кого-либо по вопросу застройки указанной территории не поступало».

«Бараки — лакомый кусочек»

— По рыночным меркам, территория, на которой расположены эти деревянные дома, весьма перспективный участок, — рассказала АП эксперт одной из оценочных компаний Благовещенска, попросившая не называть её фамилии. — Земля находится недалеко от центра, но при этом район довольно тихий. С одной стороны — магистральная дорога, которая позволяет быстро добраться до нужного места. С другой стороны к этому участку примыкают огороды, а чуть дальше — лесопосадочная зона, которая упирается в реку. Это намного предпочтительнее, чем множество магазинов, как в центре города, или густо натыканные многоэтажки в спальных районах. К тому же здесь ходит несколько автобусов, что также повышает привлекательность земли. Есть и коммуникации — холодная вода и канализация уже проведены, застройщику необходимо лишь обеспечить будущие строения горячей водой. А судя по плану города, это будет несложно. В целом можно сказать, что без учёта затрат на расселение этот участок является весьма выгодным приобретением для строительной компании.

Жизнь общажная

Администрация города пообещала провести в доме косметический ремонт, но при этом не убирать «деревяшку» из списка аварийного и ветхого жилья. А пока предложила погорельцам несколько комнат в общежитии в Моховой Пади. «Мы не понимаем, о каком ремонте может идти речь, если все квартиры сгорели, а сами стены насквозь пропитаны заледеневшей водой?! — возмущаются жители 159-го дома. — Комнаты, которые нам предложили в качестве временного жилья, тоже находятся в ужасном состоянии — температура +8, лохмотья обоев на стенах, в туалет зайти страшно. Мы не представляем, где нам теперь жить». При этом рассчитывать на новые квартиры по программе переселения из ветхого и аварийного жилья погорельцам пока не приходится. Пока не определено финансирование программы на 2013 год, администрация не может дать ответ, сколько благовещенцев смогут воспользоваться этой поддержкой.

Для справки:

425 домов в Благовещенске официально признаны ветхими или аварийными.

6,5 тысячи благовещенцев стоят в очереди на переселение и живут в ветхом и аварийном жилье. За 2010—2011 годы новые квартиры получили 244 семьи.