«Региональный университет может быть достойным конкурентом столичных вузов»: большое интервью ректора АмГУ

От МГИМО до АмГУ

— Алексей Владимирович, Ваше назначение весной прошлого года стало событием для региона: амурский вуз возглавил человек, который до этого работал в МГИМО и РАНХиГС. При этом с АмГУ Вы были знакомы: приезжали больше 15 раз в Благовещенск в рамках программы подготовки кадров для этого университета. Что для Вас стало самым большим открытием после того, как стали ректором?

— Ключевой инсайт, который я считаю критически важным, — это то, что в Амурском государственном университете уровень качества образовательного процесса существенно выше, чем во многих московских вузах. Это действительно удивительная история.

Не все современные технологии и методики пришли сюда — и слава богу! Здесь сохранились некоторые вещи, которые должны быть в любом образовательном учреждении. Большие города, такие как Москва, давно перепрыгнули через эти этапы и потеряли их.

Яркий пример — защита дипломов. В столичных вузах это часто поставлено на поток: у вас пять минут, переходим к вопросам. А здесь, когда я пришел на защиту, был поражен четко выстроенной процедурой, большой и разношерстной комиссией. У одного из студентов было два патента на изобретения. И он рассказывал, доказывал, объяснял, его слушали. Ребята, которые проходят через это, получают совершенно другой уровень опыта.

Нередко у молодежи есть стереотип, что у нас на западе суперкруто, а здесь нет. Но когда они сами приезжают туда, понимают, что у нас было не хуже. И одна из главных задач для меня — сохранить и не потерять то, что у нас есть.

Неожиданные синергетические эффекты

— Еще один важный момент — роль, которую университет играет в регионе. АмГУ — единственный политехнический вуз, который закрывает широкий спектр специальностей. Другие амурские вузы глубоко специализированы: медицина, педагогика, сельское хозяйство, военное дело. А здесь — космос, энергетика, газохимия. Мне приносят учебные планы, а я, напомню, международник, гуманитарий. Читаю про ракетостроение: «Господи, я же тут и слов некоторых не знаю!» А я ректор, мне принимать управленческие решения. Это вызов, конечно, приходится осваивать совершенно новые для тебя направления.

Такое единое образовательное пространство дает неожиданные синергетические эффекты. Например, студенты, интересующиеся космонавтикой, могут взаимодействовать с теми, кто изучает социальные науки. И на стыке дисциплин будут получаться уникальные проекты! Это наша сильная сторона, пусть и не очевидная сразу.

Еще одно преимущество АмГУ — масштаб региона. У меня был шок, когда в понедельник поступило предложение от администрации встретиться с директорами школ, и вот уже в четверг больше 20 участников встречи, и не только из Благовещенска, но и районных школ, представители работодателей! В Москве организовать такую встречу было бы нереально — расстояния не дадут. А здесь оперативно собрались, обсудили актуальное, договорились о совместных проектах.

Как найти свою уникальность

— Но все же идеальных вузов, как и людей, не существует. Над чем, Вы считаете, нужно работать в АмГУ?

— Я сейчас скажу о том, что многим не нравится и на что предпочитают закрывать глаза. Но проблема есть. Это история о продуктах, которые университет должен выпускать. И речь не о студентах. Многие сразу начинают думать о неких приборах, вещах, но это необязательно. Продуктом университета может быть исследование, метод, система расчета. Хороший пример — школа Андрея Павловича Забияко, знаменитого амурского профессора. Там не изобретают невероятных, чудесных агрегатов. Но результаты их работы — видимые и ощутимые.

Это важно, потому что жизнь университета в современном мире все равно упирается в финансирование. Сегодня государство ждет экономической эффективности от организаций, и вузов в том числе, и именно такие университеты будут в первую очередь поддерживать финансово.

Да, научные технологические решения «Бауманки» или МФТИ и многих других вузов, объективно и честно, на порядок выше. И конкурировать здесь мы пока не можем, даже если соберем лучшие умы. У нас просто иные объемы финансирования такой работы.

Значит, нужно искать эксклюзивные ниши, идти туда, где мы будем не просто лучшими — единственными. И это снова про истории на стыке разных сфер. Например, наша команда разрабатывает концепт создания комплексного полигона для испытания проектов в области космоса, энергетики и химии. Такую вещь повторить вообще никто не сможет. Здесь Амурская область уникальна, а значит, и у нас — эксклюзивное преимущество.

Космодром — это отлично. Но давайте смотреть дальше: Роскосмос заявил о подготовке пилотируемой программы. У нас будут космонавты? Это история, где начинают проекты на стыке космоса и медицины, психологии, социологии.

А в дальнейшем, я думаю, вузу нужно интегрироваться в решение задач региональной экономики. Демографическую проблему никто не отменял. Выпускники школ выбирают не просто вуз — они выбирают город, в котором будут жить. Мы предлагаем им хорошие специальности, трудоустройство после выпуска с отличными зарплатами. Поверьте, далеко не все вузы страны могут такие условия предложить. Но они спрашивают — а что я буду делать в Циолковском и в Свободном? Какая у меня там будет жизнь? Нужна комплексная программа по развитию региона, без нее студентов не удержать.

«Международный кампус — жизненная необходимость»

Один из важных для региона проектов — международный кампус Амурского государственного университета. Сейчас проект находится на финальной стадии: открыт прием заявок от конкурсантов. Всего в стране появится 40 таких кампусов, местоположение 25-тит из них уже определено. Войдет ли АмГУ в этот перечень, станет известно в мае, когда объявят результаты.

Не такой, как все

— Алексей Владимирович, насколько я знаю, наш проект кампуса отличается от проектов других претендентов.

— Да, действительно, наш кампус особенный. Только два претендента, АмГУ и еще один университет из Сибири, заявили в кампус не по одной, а по две организации. У нас — АмГУ и Институт геологии и природопользования ДВО РАН. С одной стороны, это риск, но я надеюсь, что при оценке заявок жюри увидит конкурентное преимущество.

— А почему он так важен для вуза и региона в целом?

— На самом деле все просто. Мы с вами говорим о том, что у вуза есть определенные задачи, которые способствуют развитию региона. Амурская область должна стать центром российско-китайских отношений на федеральном уровне. Чтобы любой человек понимал: хочешь работать с Китаем — покупай билет до Благовещенска. Но решить эту задачу с текущими мощностями регион не сможет. На сегодняшний день такого количества специалистов, а они должны работать в самых разных сферах, просто нет.

Поэтому существование АмГУ напрямую зависит от появления такого кампуса. Расширение отношений с КНР — это будущее, которое настанет. Либо мы включаемся в эту повестку, либо государство просто перераспределит ресурсы. Это достаточно очевидная история. Не сможем мы — в игре будет кто-то другой.

— Теперь проиграть в конкурсе становится страшновато.

— Я очень рад, что руководство региона понимает значение кампуса для нашей области. Спасибо большое Василию Александровичу Орлову за поддержку. Он сразу обозначил, что, даже если Амгу не войдет в список победителей, проект все равно будет реализован в том или ином виде.

И особенно важно, что это доказывается делом. Первое здание кампуса начнем строить этой весной, как только спадут жесткие морозы. Уже сейчас готовим участок: убираем забор, чтобы смогла заехать спецтехника.

Кстати, появление международного кампуса позволит набрать и больше иностранных студентов. Сегодня у нас готовы учиться гораздо больше студентов из Китая, чем мы можем принять из-за ограниченного количества мест в общежитии. Международный кампус даст возможность решить эту проблему.

Найти жилье студентам

— Общежитие — действительно острый вопрос для многих вузов, и АмГУ — не исключение.

— Да, в мае, когда я вступил в должность, выяснилось, что спрос на жилье превышает наши возможности. Все говорили, что в городе нет жилья и мы не сможем никого разместить. Но оказалось, что проблема была в коммуникации. Начали работать с городскими властями и бизнесменами, и произошло удивительное. Мы нашли гораздо больше мест для проживания, чем предполагали: муниципалитет и амурские предприятия предложили даже больше мест в общежитиях, чем нам было нужно. Настолько, что один из договоров с арендодателем на 80 мест пришлось расторгать — желающих заселиться не осталось.

Сегодня у нас нет проблем с заселением в общежития. Конечно, потребность в местах — величина динамическая, меняется каждый год. Но, как выяснилось, мы можем отвечать на запрос с помощью субаренды. После прожитого лета меня никто никогда не убедит в том, что в Благовещенске нельзя решить вопрос с размещением студентов. Я теперь знаю, как это работает. И думаю, что лето 2026 года для нас будет более эффективным. 

«Ледовая арена — это «социалка»

— АмГУ стало единственным учебным заведением неспортивного профиля от Омска до Сахалина, у которого есть свой каток. Насколько важен для вуза этот объект?

— В первую очередь это социальная история. Мы уже говорили о том, что для привлечения студентов необходимо развивать инфраструктуру города. И каток — хороший пример.

Говорить о коммерческой выгоде пока не приходится, но, может быть, это только начало. С каждой неделей количество желающих кататься все больше. Недавно мы столкнулись с тем, что были вынуждены ограничить продажу билетов: выпускать на лед больше человек было бы просто небезопасно. Сейчас отрабатываем программу, как в больших городах: продавать определенное количество билетов на каждый промежуток времени.

Очень большой спрос со стороны хоккейных команд. На нашем льду открыла сезон Офицерская хоккейная лига. Моим принципиальным условием было выделить время для студентов и команд университета. Сейчас на льду регулярно занимается хоккейная команда АмГУ.

Немного жалко, конечно, что при строительстве не учли возможности последующей сертификации по шорт-треку (олимпийский вид конькобежного спорта, гонки на коньках по короткой овальной дорожке. — Прим. ред.), который, между прочим, очень популярен в Азии. У нас есть сертифицированные тренеры по шорт-треку, крутые преподаватели. А чтобы получить международную сертификацию, не хватило всего полметра! Сейчас смотрим в сторону керлинга. Возможно, будем работать в этом направлении. 

Космические планы

— АмГУ претендует на роль одного из трех университетов страны, где будет внедрена новая модель подготовки кадров для подразделений Роскосмоса. Как это будет?

— Да, пока это на уровне переговоров. Кадровая подготовка — часть большего федерального проекта «Космос», который должен реконструировать вообще всю космическую отрасль, с феноменальным триллионным финансированием. Если мы войдем в этот проект, а шансы велики, это будет очень интересный опыт переформатирования, скажем так, принципов взаимоотношения с Роскосмосом как с работодателем.

Но и это не все. В конце 2025 года мы поставили перед собой еще одну важную цель — стать центром международного консорциума университетов, который будет заниматься созданием студенческих спутников. Эта идея уже реализована в сотрудничестве с китайскими партнерами, чьи спутники успешно летают на орбите.

Латиноамериканские университеты, например из Аргентины, выразили желание присоединиться к этому проекту. Из последней командировки по Ближнему Востоку я привез запрос от университета Шарджи в Арабских Эмиратах до вступлении в консорциум. Министерство образования России эту идею тоже поддержало. Правда, пока они не решили, кто будет курировать эту работу. Но мы готовы взять на себя эту ношу. (Смеется.)

— Аргентина, Арабские Эмираты — и наш амурский АмГУ. Непривычно большой масштаб перспектив.

— На самом деле большое заблуждение думать, что мы провинция и не можем быть интересны. Мир живет другими категориями, это я, как международник, говорю. Всех на самом деле интересуют перспективы и возможности. Просто проблема многих вещей в Амурской области в том, что про них никто не знает. И когда ты на больших мероприятиях начинаешь рассказывать, что тут, в одной области, и космодром, и «СИБУР», и Газпром, и энергетический кластер, и вся таблица Менделеева в земле, мы приобретаем ценность и всем без разницы, как далеко Амурская область находится от Москвы.

Например, арабы — а это очень успешные предприниматели сегодня, давно обогнавшие тех же американцев — готовы отправить сюда сотни студентов. Они оценили наши перспективы. Но говорят: покажите нам хотя бы пять соотечественников-студентов, которые тут учатся, перезимовали и у них все хорошо. И над этим мы тоже работаем. Нужно привлечь первых — и получим поток желающих.

Я абсолютно уверен, что в ближайшие 10 лет сюда неизбежно придут международные инвестиции, и их объем будет значительно выше, чем в западные регионы страны. По разным причинам, в том числе и геополитическим. Собственно, выигрывают те, кто понимает это сегодня и уже сегодня начинают вкладывать в регион. Именно поэтому я считаю АмГУ очень перспективным вузом. Главное — не снижать темпов и работать.

«Здесь больше человечности»

Из столицы России — в город с населением меньше 300 тысяч человек. Алексей Свищев всю жизнь прожил в Москве и переезд на другой конец страны стал большим шагом для него. «По сути, я хорошо знаю три города: столицу, поскольку это моя малая, если так можно сказать, родина, Санкт-Петербург — мы часто туда ездили с семьей, и, как ни удивительно, Благовещенск. Сюда я приезжал много раз во время программы подготовки кадров для АмГУ. Пожалуй, это и стало решающим «за», когда встал вопрос о переезде», — вспоминает он.

— Алексей Владимирович, у вас трое детей, жена. Переезд — дело семейное, и как отнеслись близкие к вашему новому назначению?

— Вообще я был уверен, что жена не согласится на переезд. Когда впервые услышал предложение, сразу сказал, что мне нужно посоветоваться с семьей. За несколько лет до этого мне предложили место в ДВФУ, и жена была категорически против. Вечером на кухне говорю: «Я знаю ответ, потому что мы это уже проходили, но вот мне сделали такое предложение».

И к полному моему удивлению, она сказала: «Давай». Ну а с учетом того, что с профессиональной точки зрения для меня это предложение было достаточно интересным, я согласился.

Повлияло еще и то, что к этому моменту благодаря программе подготовки сотрудников АмГУ, в которой я участвовал, я неплохо знал город, университет, был знаком с ключевыми специалистами вуза, знал ключевых руководителей региона, начиная с губернатора Василия Александровича и завершая различными министрами, заместителями министров, в общем, командой, с которой мы работали.

— Как сильно меняется жизнь, когда ты переезжаешь из столицы страны в небольшой город на краю России?

— Меняется абсолютно все. Это не дискомфорт, но держит тебя в тонусе. Если говорить о плюсах и минусах — я тут вижу баланс. Например, мне непривычно, что в магазин нужно идти. В Москве, если ты утром проснулся и обнаружил, что нет хлеба, просто выбираешь одно из десяти приложений доставок в телефоне, и через десять минут курьер с твоим хлебом звонит в дверь. А здесь, чтобы купить определенные продукты, нужно рано утром поехать на рынок или попасть в какой-нибудь большой магазин. Не очень удобно, если машины нет.

Зато транспортная история — это большой плюс. Ваши пробки — это «о, наконец-то нет пробок» для Москвы. Из одного конца города в другой даже в час пик можно попасть максиму за полчаса. Удивительно!

«Преподаватель и студент могут на равных обсуждать новый проект в шортах на траве»

— Вы не раз становились приглашенным лектором в ведущих университетах мира. Есть ли вещи, которые вы взяли оттуда и теперь внедряете в АмГУ?

— Я действительно хорошо знаком с международными форматами моделей и не являюсь их безоговорочным поклонником. У меня к ним есть много вопросов и претензий, но некоторые аспекты действительно заслуживают внимания. Это о работе без оглядки на регалии. Мне нравятся форматы, которые позволяют иначе выстраивать взаимодействие внутри вуза, со студентами и коллективом. Условно — преподаватель и студент могут в шортах где-то на лужайке в Калифорнии сидеть и дискутировать на какую-то тему, параллельно работая над миллионным стартапом.

Мы сажаем за один стол студента, преподавателя, работодателя и представителя властей. И предлагаем на равных обсудить проблему, найти решение. Это дается нелегко. Студент робеет и считает, что он не может высказываться свободно, педагог уверен в авторитетности своих взглядов на образование, а чиновник порой не готов слышать критику от других участников процесса. Но именно такие форматы — форсайты (метод совместного моделирования будущего. — Прим. авт.), сессии — дают отличный результат. Сейчас мы этому учимся в АмГУ. Честно? Идет со скрипом.

Недавно я попросил студентов помочь мне с чат-ботом. Они были в шоке, говорят: «А можно задать вам вопрос? Вот так просто поговорить?» Я говорю: «Почему нет?» На Западе это давно норма.

Я убежден, что за такими форматами — будущее. И если добьюсь того, чтобы у коллектива и студентов поменялся шаблон восприятия, началось взаимодействие на другом уровне, я буду невероятно счастлив. Мне кажется, это будет одним из главных достижений на этой должности.

«Лекций и семинаров для обучения востребованных кадров недостаточно»

Чтобы быть конкурентоспособным вузом, мало территориального преимущества, говорит Алексей Свищев.

— Да, Восточный находится в нашем регионе. Если мы хотим, чтобы на рынке котировались наши выпускники — мало лекций, семинаров и факультативов. У нас должно быть новое современное оборудование, на котором будут работать студенты, чтобы они понимали, как функционирует космодром.

То же самое в энергетике: нужны лаборатории, подстанции, на которых будут учиться студенты. Геология — необходимы научные исследования, соответствующий лабораторный фонд. Этого не хватает. И это один из вывозов, над которым сегодня работает АмГУ.

— 25 января — День студента. Как Вы думаете, столичные студенты сильно отличаются от амурских?

— Отличаются, как и в целом отличаются москвичи и амурчане. Для меня —в лучшую сторону. Здесь больше осталось человечности какой-то, что ли, меньше цинизма. Больше искренности. Не всегда и везде, конечно, но в общем это чувствуется.

Я не буду говорить, что это всегда и везде, но средне совокупно. Да, это прям ты чувствуешь. И в людях, и в студентах. И сохранить это, пока я на посту ректора — тоже одна из задач.