Владимиру Александровичу Чешеву 76 лет, а у него фигура мальчишки, глаза ребенка. Ясные и доверчивые. Каждое утро он пробегает по 15 километров. Десятилетиями. Бег он называет «моя религия». Без которой не представляет своей жизни.
Самый настоящий музей железной дороги открыла рядом с перроном станции Сковородино Алла Киселева. «Ой, мне 83 года, а я все никак успокоиться не могу!» — заговорщицки шепчет мне Алла Александровна. Невысокого роста, с благородным «снегом» седины на голове, она аккумулирует людскую энергию целого городка.
Много лет назад педагоги обвиняли студента Коляду в профнепригодности, но пророчили ему всесоюзную известность. Чуть позже критики пытались камня на камне не оставить от его творчества, но оказалось, что оно близко, понятно и дорого миллионам зрителей. Сегодня его пьесы, переведенные на все популярные языки мира, идут на всех континентах планеты. При этом сам прославленный режиссер считает: чтобы знать, как живут люди на Земле, совсем не обязательно объезжать ее вдоль и поперек.
От столицы Бурятии Улан-Удэ до духовного центра российского буддизма — Иволгинского дацана — километров тридцать серого асфальта. Проехав которые, попадаешь в другой мир. В мир тишины и мудрости. Здесь нет привычных куполов с золотым покрытием, богатой до бесполезности утвари и строгих вразумлений «шапку сними! юбку надень!» Темные, рубленные из бруса дома, как в далекой деревне, красные барабаны, которые надо крутить рукой и верить, что твои желания сбудутся. Храмы здесь называют дацанами. Они яркие, небольшие, похожие на пагоды. В них живут золоченые статуи Будды, за порядком наблюдают зоркие ламы. Здесь время медленно течет застывшим маслом, и от этой умиротворяющей тягучести совсем не хочется переходить к жизненным рабочим ритмам.
Королю отечественной кинокомедии Леониду Гайдаю сегодня исполнилось бы 100 лет. Приамурье по праву гордится Леонидом Иовичем. С тихим, щемящим замиранием сердца — так часто гордятся только теми, кто по-особому близок к душе.
Откровенный монолог о жизни вице-мэра Благовещенска Максима Ноженкина. Честно — о работе, лести, семье и детях. Искренне — о родителях, жене и литературе
«Меня часто упрекают, в том, что интервью не даю. Тут дело тонкое, бывают моменты, что вообще разговаривать не хочется, а бывает, хочется выговориться, появляется такое, чем хочется поделиться», — так начинался несколько лет назад наш разговор «за жизнь» с актрисой Еленой Яковлевой в одном из китайских ресторанчиков приграничного Благовещенска.
Я далек от оперы. Далек от слова «очень». На концерт мировой оперной дивы пошел только из-за осознания масштаба звезды. Хотелось прикоснуться и услышать. К концу первого отделения перестала болеть открывшаяся накануне язва. Ее зарубцевал голос певицы? Возможно. Почему нет? Если опера может творить чудеса с человеческой душой, то что ей стоит приструнить более банальный орган... После концерта я честно признался артистке про себя, про оперу и про желудок. Образцова улыбнулась: «Спасибо, вы не представляете, чего стоят ваши слова...»
Вот уже пять лет в Приамурье живет обыкновенное чудо. Ледовые открытки к Новому году здесь рисуют повсюду, где есть открытые водоемы. Жители крошечного села на несколько домов выходят на лед ближайшего озера, чтобы метлами и лопатами вывести на заснеженном покрывале зимы новогодние мотивы. Горожане собираются командами и в крепкий мороз соревнуются в новогодней графике на реке.
Ему в школе учителя говорили в лицо: «ПТУ — твой предел». А Никита Максимов стал самым настоящим доктором сельскохозяйственных наук в 29 лет. Свою докторскую диссертацию Никита Игоревич защищал на китайском языке. Честный монолог молодого ученого о том, где у коровы находится молоко, о роликах, музыке, набережной Амура и трудностях возврата в бескрайнюю реку родного языка.
Она женственная, улыбчивая и очень хрупкая на вид. Евгения Николаева — старший следователь по особо важным делам СК РФ по Амурской области. Ее конек — экономические преступления. Честный монолог о детстве, любимой кукле, маме и извилистых лабиринтах профессии.
Дымбрыл Дашибалданов — первый в постсоветской России доктор буддийской философии. В дацан его отдал отец — по давней забайкальской традиции. Лама не верит в чудеса и сновидения, он убежден: все, что происходит с человеком в жизни, записано в его карме, для всех событий обязательно есть причина. Дымбрыл Гуробазарович откровенно и без патетики говорит о человеческих слабостях, несправедливых ударах и дарах судьбы, а также о порядках, принятых в уникальном университете, которым он руководит уже восьмой год.
Этот монолог народного артиста России звучит не со сцены, не для зрителя и не ради оваций, и поэтому в нем нет ничего постановочного.
Местные величают Байкал исключительно морем и батюшкой, относятся к нему как уважаемому человеку и вкладывают в это сакральный смысл. В общем, почти по цитате из старинного русского романса: «Славное море — священный Байкал».
Я не понимаю выражения «простой человек». Простых людей не бывает. Каждая история жизни неповторима и уникальна. Валентина Черткова большую часть жизни прожила в Сковородине. Учила детей, работала на железной дороге. На первый взгляд — простой человек. Но по ее судьбе можно кино снимать. В котором, как в зеркале, будет отражена судьба нескольких поколений и история нашей большой страны. Жизнь чистая, ситцевая, шукшинская.
