Морское кладбище во Владивостоке — самый знаковый погост Дальнего Востока. Здесь нашли свой последний приют генералы, адмиралы, большие художники, знаковые писатели.
В финале уходящего года «царапнули» меня две невиданные ранее грани жизни. Телефонные разводилы усиленно погнали свою преступную волну. По всей России ярким огнем заполыхали десятки преступлений.
У нее неземная фамилия, а в земной жизни на долю Ольги Небесной выпало столько, что удивляешься, как молодая женщина смогла все вынести и победить. Победила. Хотя врачи не давали ей ни единого шанса.
Амурский живописец Владимир Красников — немногословный, вдумчивый, глубокий. Разговорить его — задача не из легких. Но он и интересен скупостью эмоций в словах и размахом этих самых эмоций в живописи. Его работы реалистичны, точны, узнаваемы. От них трудно оторвать взгляд.
Дениса Якущенко я впервые увидел много лет назад в православном храме Благовещенска. Он тогда был юношей и прислуживал в церковном алтаре.
Социальные сети — честное зеркало и точный градусник общественного мнения. Настроений, чаяний и желаний. Недавно попалась на глаза черно-белая фотография из отлетевшей советской жизни. На фото молодая женщина держит в руках несколько буханок хлеба и несколько бутылок водки. Лицо у нее довольное, видно, что человек в предвкушении…
Она 45 лет работает врачом. Но за все эти десятилетия так и не смогла привыкнуть к чужой боли, смерти и страданиям. Честный монолог благовещенского врача-травматолога Людмилы Вивдыч о жизни, тяжелой болезни, пациентах, маме, детях и родительском доме.
На минувшей неделе вызываю такси через приложение «Яндекс». Приезжает праворульная иномарка, сажусь на заднее сиденье, привычно говорю: «Добрый день». Сам весь в телефоне, важная для меня переписка. Едем. Минуты через три поднимаю глаза и замираю от увиденного. У водителя ампутированы кисти обеих рук, он ведет машину культями. Руль обтянут шершавой кожей, ему, видимо, так легче перебирать по нему «руками».
Власти Владимирской области запретили ношение в школах хиджабов и никабов. Напомню, хиджаб — это плотный головной платок, который покрывает волосы, уши и шею. Никаб — это разновидность уличной женской одежды у мусульманок. Слово с арабского переводится как «покрывало, вуаль». Представляет собой головной убор, который полностью закрывает лицо и шею, оставляя только узкую прорезь для глаз.
В России пьют много. По данным Росалкогольтабакконтроля, среднестатистический россиянин в год выпивает 106 бутылок пива, 11 бутылок водки, 6 бутылок вина и 4 — коньяка. Если вычесть из этой горькой арифметики стариков, детей и трезвенников, то эти цифры можно смело умножать на три.
Недавно приятели скинули ссылку на социальные сети Яны Стародуб-Афанасьевой. Там Яна не оставляет живого места на руководстве Амурского театра драмы, да и на самом театре. Так и пишет, что «от Амурского театра драмы осталась только драма…»
Последние годы в большей части поездок выбираю самолеты. Быстрее и удобнее. Недавно проехал поездом полтора суток от Москвы до Северного Кавказа. Поезд мой хоть и назывался скорым, но на крупных станциях стоял по часу часто и густо.
Мальчишка из кубанского поселка стал солистом Парижской филармонии. У Олега Волкова шикарный бас, которому рукоплещет Европа. Оказывается, мода на Россию там не прошла и проходить не собирается. Честный монолог певца о детстве, голосе, парижской жизни и русском сале на французском багете.
Азамат Бикбаев выкарабкался с того света. Он больше месяца провел в глубокой коме, без малого два месяца за него дышал аппарат. Сегодня он владелец отеля для животных. Со своими постояльцами играет, разговаривает, а к самым боязливым даже приходит ночевать. Честный монолог о самом главном человека, который воскрес.
Министр культуры и национальной политики Амурской области откровенно о детстве, характере, культуре и человеческих ценностях.
