Региональная общественно-политическая газета
Свежий выпуск: №14 (28956) от 15 апреля 2021 года
Издается с 24 февраля 1918 года
19 апреля 2021,
понедельник

«Никто не струсил»: перфузиолог Георгий Кондратов об экстриме в профессии и операции во время пожара

Люди

«Электричество отключили. Тревоги на аппаратах пищат и бьют по нервам, а мы работаем. На самом деле мы рисковали жизнями, да, — говорит перфузиолог Георгий Кондратов. — Если видишь за окном клубы дыма, пожарных с брандспойтами, а по стеклам начинает течь вода, всё понятно. Но никто не струсил, никто не побежал из операционной. Пациент же не виноват, что так получилось, он должен жить!» Про такие ситуации сами медики говорят: «Работа на адреналине». В героической бригаде оперблока кардиологического центра Амурской медакадемии, о котором теперь знает вся Россия, Георгий Кондратов выполнял важнейшую функцию — он обеспечивал искусственное кровообращение пациенту с остановленным сердцем.

«Никто не струсил»: перфузиолог Георгий Кондратов об экстриме в профессии и операции во время пожара / «Электричество отключили. Тревоги на аппаратах пищат и бьют по нервам, а мы работаем. На самом деле мы рисковали жизнями, да, — говорит перфузиолог Георгий Кондратов. — Если видишь за окном клубы дыма, пожарных с брандспойтами, а по стеклам начинает течь вода, всё понятно. Но никто не струсил, никто не побежал из операционной. Пациент же не виноват, что так получилось, он должен жить!» Про такие ситуации сами медики говорят: «Работа на адреналине». В героической бригаде оперблока кардиологического центра Амурской медакадемии, о котором теперь знает вся Россия, Георгий Кондратов выполнял важнейшую функцию — он обеспечивал искусственное кровообращение пациенту с остановленным сердцем.

Во время любой операции, а тем более такой сложнейшей как аортокоронарное шунтирование, много сложных моментов, когда медики говорят: «Не дай Бог…» В первую очередь это борьба с воздухом — чтобы не попал в артериальное русло. Есть и другие нюансы, за которыми следит врач-перфузиолог. Он останавливает и заводит наш «главный мотор» во время открытых кардиохирургических операций. Он следит за тем, как работает аппарат искусственного кровообращения, благодаря которому кровь продолжает циркулировать по организму пациента в то время, когда его настоящее сердце временно не бьется и легкие не дышат.

«За длительностью операции я не следил, а искусственное кровообращение длилось 64 минуты», — констатирует Георгий Филиппович, уточняя, что к началу пожара точка невозврата уже была пройдена. А это значит: начался этап искусственного кровообращения на остановленном сердце, микрохирурги шьют коронарные артерии. Просто остановить операцию невозможно — больного перед этим нужно согреть, восстановить сердечную деятельность. И бригада продолжала работать под «нервный тик» орущей аппаратуры.

— С этим ничего не поделаешь. Отключить сигналы было нельзя: тревоги на аппаратах пищат, сигнализируя об опасности. Таким образом аппаратура сообщает, что она работает на автономном источнике питании. Хорошо, что он вообще был! — выдыхает доктор.

 — А что, в вашей практике были другие случаи?

 —  За 20 лет в медицине были разные нештатные ситуации. Однажды во время операции отключилось электричество, и резервный генератор не сработал. Полностью отключилась аппаратура! Пришлось мне вручную крутить аппарат, поддерживающий систему искусственного кровообращения пациента. В этот раз все нормально — заряда батарей на резервном генераторе (он работает только на операционную) хватило бы еще минут на 30 обслуживания. Но мы всё предусмотрели: поставили задачу пожарным, и они протянули временную электрическую линию от специализированной машины прямо к нам в операционную. 

Еще во время пожара «Амурской правде» удалось поговорить с сотрудниками кардиоцентра, которые выводили из палат больных и потом занимались эвакуацией дорогостоящего оборудования. «Господи, хоть бы крыша не обвалилась, и всё это нам на головы не рухнуло!» — подняла глаза к небу одна из медицинских сестер и, даже не отдышавшись, снова побежала в задымленное здание кардиоцентра — теперь уже спасать ценное оборудование.

На вопрос, было ли страшно тем, кто в это время находился в операционной, Георгий Филиппович ответил откровенно: «Немного. Но я лично переживал не за себя, а больше за свою семью: что будет с родными, если вдруг…»  В любой ситуации есть как минимум два сценария развития событий.  И никому не было известно, по какому сценарию могли развиваться события в черную для кардиоцентра пятницу.

— Крыша хоть и обита железом, но мы же понимали: перекрытия-то деревянные, балки могли рухнуть в любой момент, когда где-то там над нашими головами тушили огонь. Но паники не было. Никто из бригады не струсил, не сбежал. Руки у хирургов не задрожали, операционные сестры и анестезистки тоже все были на месте. Мы работали командой, — подчеркивает перфузиолог Кондратов, раздавая слова благодарности коллегам. —  Проводить искусственное кровообращение без подачи в аппарат кислорода — для пациента смерти подобно. Когда отключился кислород, анестезиолог-реаниматолог Виктор Никитин обеспечил подачу кислорода в систему из баллонов. И искусственное кровообращение было продолжено в нормальном режиме с кислородом. Спасибо ему! Уже в процессе к нам присоединился еще один анестезиолог Станислав Фукс. Он закончил работу в другой операционной, но не эвакуировался, а пришел к нам — его помощь была очень кстати. Операция еще продолжалась, а за окнами уже были клубы дыма, по стеклам текла вода, ощущался сильный запах гари, но дышать в принципе мы могли нормально. Ситуация действительно была критическая, но все — от санитара до врачей — выполняли свои задачи четко, без раздражения и суеты.  

Наш первый разговор с Георгием Кондратовым состоялся вечером прошлой пятницы — через час после того, как пожарные ликвидировали последствия пожара в известной кардиологической клинике. Уйти домой и отдохнуть даже после такой стрессовой операции у доктора не было возможности. Врачу-перфузиологу предстояло еще провести ночь на дежурстве в реанимации экстренной кардиохирургии АОКБ, куда из кардиоцентра доставили двух тяжелых больных.

— В областной больнице с такими пациентами сталкиваются редко, поэтому мне пришлось прийти на помощь, — устало заметил Кондратов.

— Георгий Филиппович, это второй такой экстремальный случай в вашей практике?

 — Да почему второй? Было разное… Если «по экстренной» доставили человека с отрубленной рукой на операцию, где анестезия длилась четырнадцать с лишним часов, то есть в шесть вечера я зашел в операционную, а утром в восемь часов 20 минут вышел, — как вы считаете: это экстремальный случай или нет? Я считаю, что да, — вспомнил Георгий Филиппович другое тяжелое дежурство, когда он работал еще в отделении микрохирургии детской областной клинической больницы. — Это было как раз Рождество — в ночь на 7 января, год уже не помню. Так вот: микрохирурги работали в две бригады, а я — один. По большому счету работа в оперблоке — это всегда в разной степени экстрим, и там не должно быть места сомнениям и страху.

6 апреля губернатор Василий Орлов вручил врачам и пожарным, работавшим в кардиоцентре во время пожара, благодарственные письма. Среди награжденных и Георгий Кондратов.

Возрастная категория материалов: 18+

Добавить комментарий

Забыли?
(Ctrl + Enter)
Регистрация на сайте «Амурской правды» не является обязательной.

Она позволяет зарезервировать имя и сэкономить время на его ввод при последующем комментировании материалов сайта.
Для восстановления пароля введите имя или адрес электронной почты.
Закрыть
Добавить комментарий

Комментарии

Комментариев пока не было, оставите первый?
Комментариев пока не было
Комментариев пока не было

Материалы по теме

Три спасенные жизни Андрея Ключкина: знаменитый пациент горящего кардиоцентра о своей судьбеТри спасенные жизни Андрея Ключкина: знаменитый пациент горящего кардиоцентра о своей судьбе
«Спасибо всем, хочу домой!»: самого знаменитого пациента страны выписали из больницы«Спасибо всем, хочу домой!»: самого знаменитого пациента страны выписали из больницы
Кровлю сгоревшего кардиоцентра в Благовещенске начали разбирать строители
«Крутой сюжет для фильма»: солист «Руки вверх» написал о врачах-героях из Благовещенска
МЧС выявляло нарушения пожарной безопасности в горевшем кардиоцентре в Благовещенске
«Над пациентом Бог стоял»: сестра-анестезист кардиоцентра в Благовещенске первой узнала о пожаре
«Никто не струсил»: перфузиолог Георгий Кондратов об экстриме в профессии и операции во время пожара
«В мирной жизни есть место подвигу»: губернатор наградил пожарных и медиков кардиоцентра
«У нас не было выбора»: хирурги рассказали об операции в горящем кардиоцентре
Видео из операционной опубликовали проводившие операцию в кардиоцентре Благовещенска медики

Амурские аграрии начали посевную раньше срока: засеяно 40 тысяч гектаровЭкономика
Чертова дюжина в списке коронавируса: в Амурской области 13 заболевшихКоронавирус
На форуме волонтеров-медиков решили попросить президента обновить автопарк скорых в регионахОбщество
Переводившую мошенникам деньги амурчанку остановил случайный свидетельПроисшествия
В Магдагачах из горящего дома спасли рыжего котаПроисшествия
Ремонт улицы Ленина в Благовещенске начнется в маеОбщество

Читать все новости

Люди

Инвалид — сиди дома: страдающего ДЦП благовещенца не впустили в клуб на день рождения Инвалид — сиди дома: страдающего ДЦП благовещенца не впустили в клуб на день рождения
Три спасенные жизни Андрея Ключкина: знаменитый пациент горящего кардиоцентра о своей судьбе
В Благовещенске скончался заместитель главврача детской больницы Андрей Каленбет
Бывшая амурчанка написала рассказ о Завитинске для детской энциклопедии про Транссиб
«Это наш третий космодром!»: как Восточный притягивает лучших людей страны
Система Orphus